Мы уже рассказывали ранее своим читателям о первой проведенной в нацистской Германии Олимпиаде (ссылка будет дана в конце этого материала) – IV Зимних Играх, прошедших с 6 по 16 февраля 1936 года на горнолыжном курорте Гармиш-Партенкирхен в южной Баварии. Сегодня речь пойдет о XI Летних Олимпийских Играх, открывшихся в Берлине 1 августа того же года.
Международный Олимпийский Комитет (МОК) отдал Германии право проведения обеих Олимпиад еще в 1931 году, задолго до прихода Гитлера и его партии к власти. Говорят, фюрер поначалу скептически смотрел на идею проведения крупнейших в мире спортивных мероприятий в своей стране, считая, что они наводнены «неполноценными неарийцами», и в связи с этим планировал отказаться от них.
На Гитлера якобы повлиял Йозеф Геббельс, министр пропаганды Третьего Рейха, убедив его, что Игры покажут всему миру мощь и красоту «возрожденной Германии», послужат отличной пропагандой идее превосходства «арийской расы» над всеми остальными, и вообще создаст стране положительный образ в глазах мировой общественности. Фюрер в конце концов согласился с его доводами, и дальше даже сам контролировал строительство ряда олимпийских объектов.
Если Зимнюю Олимпиаду уже бойкотировали несколько известнейших спортсменов тех лет, то за следующие несколько месяцев призывы к тотальному бойкоту и вообще переносу Летней Олимпиады в другую страну раздавались все чаще. Дело дошло до того, что в Париже и Нью-Йорке были созданы международные организации, пытавшиеся надавить на МОК в этом вопросе, справедливо указывая на то, что сама олимпийская идея и принципы несовместимы с проведением Игр в расистском государстве.
Поняв, что МОК может склониться на сторону противников Олимпиады в Берлине (а к тому времени на ее подготовку была затрачена огромная сумма в 20 миллионов рейхсмарок), по личному распоряжению Гитлера были приняты меры, призванные доказать в первую очередь зарубежной прессе, что все разговоры о расизме и антисемитизме внутри страны – не более чем происки врагов Германии.
С берлинских улиц словно по мановению волшебной палочки исчезли все антиеврейские таблички и транспаранты (разумеется, после Олимпиады они появились вновь). Из печати убрали все антисемитские статьи, и даже жителям немецкой столицы было запрещено публично негативно высказываться о евреях. В состав немецкой сборной была вновь включена до того изгнанная из нее чемпионка Олимпиады-1928 по фехтованию Хелена Майер, еврейка-полукровка, проживавшая в США.
Гитлер пригласил лично посетить Берлин барона Пьера де Кубертена, почетного президента МОК. Тот был настолько впечатлен и развитием страны, и строительством олимпийских сооружений, что, выступая с речью по немецкому радио, он назвал фюрера «одним из величайших творцов эпохи». Разумеется, престарелому барону показали только яркую обложку, а не внутренности: в это время в одном из пригородов столицы Германии уже было организовано огромное гетто, позже превращенное в концлагерь для еврейского населения.
Наконец, официальная комиссия МОК, приехавшая сюда в июле, тоже не усмотрела в стране ничего противоречащего олимпийским идеям, и призвала все страны отказаться от идеи бойкота (не прислушались в итоге к этому совету только республиканская Испания и, как ни странно, Литва), назвав его «заговором с целью политизировать Олимпиаду».
Такой была атмосфера накануне одних из самых противоречивых Олимпийских Игр в истории. О том, как непосредственно они прошли, мы расскажем в одном из наших следующих материалов.
Читайте также Олимпиада Адольфа Гитлера: Гармиш-Партенкирхен-1936
Оригинал статьи, а также спортивная аналитика по множеству предстоящих матчей – на нашем сайте www.vseprosport.ru
Если вам понравился материал, будем признательны за лайки и подписку на наш канал!