Я мама, плачущая мама.
И мне до боли хочется узнать,
А плачут ли они, другие мамы,
Случается ли им рыдать?
От слабости, усталости, бессилья,
От злости на себя и на детей,
Что жизнь напоминает бег по кругу,
А так хотелось скоростной хайвей.
Что снова кучи, фантики и шкурки,
Не сделаны уроки и вранье,
Что главное всегда - это ребенок
И только лишь потом какое-то твоё.
Что папа, он конечно может,
Но только мамой он не может быть.
Да и к тому же папа, чаще сам - ребенок,
И чтобы он помог надо просить.
Нас мам частенько путают с прислугой -
Помой посуду, постирай, погладь
И не забудь про ужин всем по вкусу,
И про заправить каждую кровать.
А лекции идущие годами?
Что зубы надо чистить, руки мыть.
Что в телефон нельзя лупиться вечность
И в грязной обуви по дому не ходить.
И как-то это все само сабою
Ложиться грузом на хребтины мам -
Воспитывать, ругать, лечить и помнить,
Вставать готовить завтрак по утрам.
И слышать, что ты стала злобной,
Занудной, раздражительной, дурной -
Держись, крепись, не принимай все к сердцу,
Тебе же надо быть еще мечтой!
Как будто это нам самим по вкусу.
Как будто нас всем этим не тошнит.
Как будто бы на фразу, что ты любишь?
Мы дружно отвечаем - быт!
Не сомневаюсь, нас конечно любят
И это стоит ежедневных мук,
Но было б здорово почаще вместо мамы
Впрягаться любящим и двигать этот плуг.
Анна Бобровская
