У меня есть друг-фельдшер. Приезжает на вызов: ребенок 2 года, подавился мясом. Губы побелели, задыхается на глазах яжмамаши и яжбабушки, которые в это время бурно выясняют, кто мясо крупными кусками порезал. Им важнее в этот момент выяснить кто виноват, чем пытаться вытащить этот кусок мяса. Фельдшер поднял ребенка за ноги и треснул по спине. Мясо тут же вылетело, ребенок спасен. Вся процедура не заняла и минуты. Яжмать и яжбабушка вместо спасибо стали орать на фельдшера, что он издевается над ребенком. И потом еще сотню жалоб на него накатали. Хорошо, на скорой начальство адекватное, фельдшеру только посочувствовали.
У меня есть друг-фельдшер. Приезжает на вызов: ребенок 2 года, подавился мясом. Губы побелели, задыхается на глазах яжмамаши и яжбабушки, которые в это время бурно выясняют, кто мясо крупными кусками порезал. Им важнее в этот момент выяснить кто виноват, чем пытаться вытащить этот кусок мяса.
Фельдшер поднял ребенка за ноги и треснул по спине. Мясо тут же вылетело, ребенок спасен. Вся процедура не заняла и минуты.
Яжмать и яжбабушка вместо спасибо стали орать на фельдшера, что он издевается над ребенком. И потом еще сотню жалоб на него накатали.
Хорошо, на скорой начальство адекватное, фельдшеру только посочувствовали.