Вещи умершего человека. Что с ними делать: выбросить, раздать? Никогда не задавалась этим вопросом.
Вчера на чашку чая зашла соседка, с которой бок о бок живём не один десяток лет. Ольга поделилась новостями нашего городка, дома и подъезда. Потом горестно подперев щёку рукой, сообщила:
- Ты знаешь, у Семёновны из 48 квартиры опухоль головного мозга нашли, как у моей мамы. Правда, не известно какую, доброкачественную или злокачественную. Теперь будут делать операцию, где определят. Эх, а ведь это я во всём виновата, да ещё жадность Семёновны. Не брала бы она оставшиеся после мамы вещи – ничего бы не было.
Мать Ольги я знала хорошо. Она занимала какую- то высокую должность в администрации города. Женщина, умная, доброжелательная, всегда ухоженная и элегантно одетая. Несколько лет назад Людмиле Константиновне поставили неутешительный диагноз: онкология поджелудочной железы. Провели операцию, потом потребовалась вторая. С работы женщина ушла на инвалидность, но жизненную активность не утратила. Между походами по врачам, сдачей анализов и лечением участвовала в работе какого-то Совета ветеранов, летом ездила на дачу. Болезнь отступила, но так только казалось. Вторая волна заболевания настигла Людмилу Константиновну через год, в виде метастазов в головной мозг. Снова операция, химиотерапия, лучевая терапия. Однако ничего не помогло. Накануне своего 60-летия она ушла.
Как положено, через сорок дней, Ольга начала освобождать мамины шкаф от одежды и обуви. Набралась огромная куча: платьев, блузок, костюмов и прочего. Себе моя соседка ничего оставлять не стала, размеры с Людмилой Константиновной были разные. Да и стиль у Ольги другой: джинсы, свитера, кроссовки. Кое-что взяла подруга матери, пришедшая помочь разобраться с вещами. Остальное, большой узел, унесла к себе соседка со второго этажа – Семёновна.
И вот спустя три года женщина заболела.
Успокаиваю приятельницу:
- Оля, это просто случайность. Подруга Людмилы Константиновны тоже вещи брала, с ней ведь всё в порядке. Недавно видела её, жива и счастлива.
- Какое там, - Ольга машет рукой. – У маминой подруги обнаружили панкреатит. Теперь таблетки горстями пьёт, да по врачам ходит.
- Но не онкология же.
- Не онкология, только тоже ничего хорошего. И орган тот же как у мамы. Думаю, лучше бы я все эти вещи на помойку тогда отнесла.
Пытаюсь её переубедить: мы же покупаем шмотки в секон- хенде, не думая о их происхождении. Причём, порой очень даже приличные вещи и ничего – живы.
Спасибо за прочтение. Всем здоровья, берегите себя.