Катерина, получившая свои щедрые проценты, сегодня позвонила в службу безопасности банка и сказала, что в зоопарке тигру не докладывают мясо. То есть, что Игорь нечистоплотен в финансовых операциях. Его увольнение станет блестящим триумфом. После этого можно будет идти к колдуну. Снимать все наговоры, пусть потом мужик уже в здоровом уме и твердой памяти мучается всю жизнь – ради чего он все это натворил…
Последнюю ночь перед разлукой девушка спала совершенно спокойно. Рядом с ней метался во сне Игорь, повторяя имена жены и детей. К этому Марина за год вполне привыкла, но сейчас вдруг что-то похожее на совесть шевельнулось внутри и как-то нехорошо, гадко заболело все внутри.
Вспомнились истеричные звонки брошенной женушки, серьезные болезни детей, к которым Игорь даже не думал сходить в больницу, свои запреты на свидание с ними…
- Злая я все-таки, - подумала она, но тут же привычно оправдала себя. - он во всем виноват. Он и Катерина.
Последние карательные меры.
Игоря уволили из банка через неделю.
Из собственной квартиры Марина выставила его еще раньше. К жене идти он не мог и, пару недель помыкавшись по гостиницам, снял себе квартиру в доме напротив.
Теперь его пристальное внимание не доставляло никакой радости Марине. Она знала, что денег у него осталось примерно на год приличной жизни. Потом негде будет жить, сносятся рубашки, костюмы, носки и он станет самым обыкновенным безработным.
Ни в какую финансовую контору его уже не возьмут, делать он больше ничего не умеет, а придумать не сможет, потому что голова занята только ею - Мариной.
И все было бы ничего, если бы он не встречал ее каждое утро у подъезда, не сопровождал с видом побитой собаки по всем маршрутам – офис, магазин, клубы. Казалось, что даже ночью он не спит, а смотрит из темноты на нее своими бездонными глазами и молча умоляет – будь со мной!
Катерина посоветовала не тянуть с визитом к старику. Пусть уж обсушит поскорее, да и забудем про бедняжку. Но как на грех ни та, ни другая не могли вспомнить адрес.
Помучившись неделю, они снова отправились по знахаркам ведунам, даже если не помощь получить, хоть адрес узнать.
С самого начала этого путешествия у Марины нестерпимо заболело плечо, в том месте, где привязал ее старик липкой лентой. Чем больше ходили они по бабкам, тем нестерпимей ныло плечо, тем больше докучал Игорь, тем мрачнее становилась она.
Единственный выход.
Полная луна светила в окно спальни щедро, обличительно. Марина лежала на кровати и думала: как избавится теперь от всей этой проблемы.
Внезапно свет колыхнулся, и Марина увидела Алексея Ивановича.
Не настоящего, конечно, а виртуального, как выразился бы сосед Мишка. Алексей Иванович подсел к ней на кровать, погладил по бедру и спросил.
- Замуж за меня пойдешь, невестушка богатая? Согласишься – сразу все проблемы твои кончатся. Нет – пеняй на себя.
Выжидательно посмотрел на Марину. Марина точно знала, что нельзя спорить с маньяками, а вот можно ли спорить с призраками –это был вопрос. На всякий случай она согласилась. Призрак тут же пропал, но раздался телефонный звонок…
Через пару дней Марина варила овсяную кашку своему 80-летнему жениху, а он, плотоядно поглаживая ее своими птичьими ручками, ухмыляясь спрашивал:
- Хорошо ли тебе девица?
Вся беда заключалась в том, что как только Марина подумывала о том, чтобы бросить эту старую рухлядь в никуда, откуда он и пришел, нестерпимо начинало ломить плечо.
Чтобы избавится от этой боли, она согласна была на все – терпеть его как бы сексуальные домогательства, отказать от дома ничего не понимающей Катерине, оформлять на будущего мужа квартиру, вклады, машину…
Однажды ранним утром она, превозмогая боль, выбралась из супружеской постели, стараясь не шуметь, покинула дом. Поймала случайную машину, попросила скорее, скорее – к дому той уютной бабушки, которая в свое время отказалась присушить к ней Игоря.
Окна в бабушкином доме светились ласковым ранним светом, над трубой поднимался дымок. Плечо болело так, что черные точки в глазах слились в одну сплошную бездну.
Почти без сил Марина отворила дверь своей последней надежды на спасение.
Очнулась Марина в светлой горнице. Белые стены, ситцевые занавески и подсиненная, жестко крахмальная постель. На душе было легко и спокойно, плечо не болело. В приоткрытую дверь просачивался запах сдобы. Быстро поднявшись, Марина пошла в кухню. У печки хлопотала бабушка знахарка.
- Ну, что милая, проснулась? Садись позавтракать, поговорим.
Долог и неприятен был разговор для Марины. Бабушка как в раннем детстве объясняла ей про добро и зло. Про то, что все, что ты сделаешь для другого, вернется к тебе сторицей.
Зла сделаешь - злом и вернется, добро – добром, любовь – любовью, хитрость – коварством.