"Дом с кикиморой" – вторая повесть из цикла "Нечистая сила" о борцах с нечистью в современной России. Она продолжает историю Димона и Серго, столкнувшихся с потусторонними силами...
Перед вами четвёртый отрывок из второй главы повести "Дом с кикиморой". Если вы пропустили первую главу и предыдущие отрывки, то советую наверстать упущенное. В любом случае, приятного чтения!
Глава 1 | Кровь на руках | Часть 1, Часть 2, Часть 3
Глава 2 | Обитель зла | Часть 4, Часть 3, Часть 2, Часть 1
На первом этаже, уже на пути к выходу, Сергею послышался шёпот. В тот момент он оцепенел и боялся моргнуть, дыхание перехватило. Архипов прислушался. Завывал ветер, чуть ли не со всех сторон доносились шорохи. Но шёпот не повторился.
– Спокойно. Просто ветер. Бумажки гоняет.
Он глубоко подышал, успокаиваясь, поправил упавшую на глаза чёлку. Ладони оказались влажными и липкими, Сергей брезгливо обтёр их о брюки. Стало холодно и жарко одновременно. Футболка под клетчатой рубашкой липла к спине. Ноздри защипал острых запах пота и дезодоранта.
Медленно, переступая с пятки на носок, Архипов направился в ту сторону, откуда, как ему казалось, донёсся шёпот. Те же палаты и подсобки, на полу и стенах местами разрастались пятна мха. Сергей не помнил, чтобы заходил сюда. Коридор был тёмным, почти без надписей и рисунков.
Архипов нашарил в сумке фонарь. Конус света упёрся в тёмный проём в стене из красного кирпича. На нём громоздились размашистые надписи, словно начерченные углём:
«Ходить туда запрещено.»
«Место, где живёт твоя душа.»
«Там ты умер.»
Сергей оторопело читал, поглядывая в проём. Холодный пот тёк, застилая глаза. Линзы очков запотевали, а Архипов боялся их снять и протереть; боялся отвести взгляд и не заметить движение в темноте. Всем своим телом он чувствовал участившийся пульс.
Сергей рефлекторно коснулся нательного крестика. Коротко выдохнул, будто собрался опрокинуть рюмашку, перекрестился и шагнул в проём. Темнота, прохлада, гулкое эхо. На стенах коридора застыли голубые и розовые ошмётки строительной пены. Ноги продавливали податливый слой сырой земли и размокшего мусора.
Фонарь отгонял темноту всего на пару метров вперёд. Обтекая пучок света, она тут же смыкалась за спиной Архипова. Вёл ли ход прямо или сворачивал где-то впереди и насколько далеко тянулся, было совершенно не ясно. Сергей подозревал, что этот коридор – часть подвала, а может и вход в него.
До начала строительства комплекса на его месте находилось русло реки, а вокруг – болотистая почва. Для возведения объекта пришлось осушить почву. Казалось бы, процедура не новая, и всё прошло хорошо. Однако через пять лет проект заморозили. Официально – из-за нехватки финансирования. Во время перестройки этим объяснялось всё. Но по неофициальной версии стройка накрылась из-за неправильной подготовки участка. Мол, проблемный грунт и ошибки при осушке болота привели к неравномерной осадке здания и затоплению подвалов.
Подземные этажи, наверное, оставались самым популярным местом Ховринки. Зимой в них намертво замерзали грунтовые воды, и одно время там даже устраивали платный каток. С баром, музыкой, прокатом коньков. Но даже летом, у самого дна, лёд не таял полностью.
Сергей остановился. Что-то привиделось ему впереди. Он не мог различить ничего дальше луча фонаря, но был уверен, что заметил движение. Где-то совсем близко звонко капала вода. Стало холоднее, изо рта выплывали и подолгу не рассеивались облачка пара. Пахло сыростью.
Нечто среднее между шёпотом и шорохом доносилось из темноты. Словно некто прятался впереди, смотрел оттуда на Сергея и рассуждал вслух, что с ним делать. Быть может, это бездомные, нашедшие в Ховринке приют. Комплекс манил к себе разного рода изгоев. Тех, кто оказывался лишним во внешнем мир, заброшка принимала. Остальных же гнала прочь или губила.
– Эй, – просипел Архипов, – есть кто?
Ждут вашего внимания:
Первая глава городского фэнтези "Чёрная "Волга", пролог путевой повести "В Екатеринбург и обратно", пост-ап рассказы "Беспечный сталкер", "Гоп-стоп по-бабайски" и "105-й маршрут", рассказы "Так, как считаю нужным", "Один день одного писателя", "Исчадие", "Любовь-морковь", а также зарисовки "Петля", "Черновик", "Красная или синяя","Семёрка" и "Магия... превыше всего?"
