Пристань
Высокий пассажир с чемоданом, и с маленькой собачонкой под мышкой, прямо над Настиным ухом кричал вперёд, видимо жене:
Люся! Иди на корму, там не будет качать!.
Груда чемоданов валяется на полу. Два матроса насаживают на верёвку сдаваемые в багаж чемоданы.
Человек в шляпе стоял рядом с автомобилем, и время от времени продолжал оглядываться.
Оттесненная от трапа Настя, не хотела сдаваться, и отчаянно таранила толпу…
-Пустите!.. Ну что вы такие! Товарищи!
Попытки пробиться не приносили результата. И в конце концов толпа оттеснила Настю ещё дальше, в место, где за бортом баржи в воздухе на канатах висел большой чёрный рояль.
Настя выбилась из сил и остановилась.
На пирсе два человека громко решали судьбу рояля.
– Что значит – «деревяшка», простите!? – кричал человек в песочном костюме, на спине которого была огромная клякса выступившего пота, – Это концертный рояль! Надо понимать, что на нём играл…
– Хоть Лев Толстой! Мне без разницы! Он - весит тонну! А это, на минуточку, полтора десятка пассажиров! – возражал ему начальник причала Скворцов.
– Ярыгин! Майна! Руби канаты! К ядрёной фене! – крикнул он, подняв лицо вверх.
– Не сметь рубить канаты! – взвился человек в песочном костюме, – Это рояль Рахманинова, товарищи! Вы с ума сошли! У меня есть предписание от филармонии. Тут всё написано!
Он достал из портфеля бумагу и стал ею размахивать.
– Курим ребята! – объявил матросам стоявший недалеко от Насти мичман Ярыгин (ему было на вид около сорока двух лет).
Рояль висел в воздухе, и ждал своей участи.
Поле.
Рота курсантов-артиллеристов удалялась.
Пристань
Настя делает попытку врезаться в толпу ещё раз.
- Пустите! Люди! Пожалуйста! – призывала она, - Будь проклята ваша баржа! Дайте пройти!
В толпе было шумно, суетно, и мало кто из пассажиров реагировал на Настю.
«Мамочки! Боже!» – громко вскрикнула она, когда ей в колено ударился чей-то деревянный ящик.
Она захромала. Ярыгин это увидел, подошёл и попытался ей помочь оттащить чемодан в сторону.
- Не надо! Оставьте! – крикнула Настя.
- Ты чего? - спросил Ярыгин.
- Мне нужно вниз. Я не хочу плыть, - чуть не плача отвечала Настя.
- Не хочешь?!
- Не хочу. Мне срочно нужно на берег… Помогите, пожалуйста! - возбужденно крикнула Настя.
Заступник рояля, размахивая руками, встал под повисший в воздухе инструмент, и крикнул наверх:
– Теперь можете рубить!
– Михаил Ефимович! – вмешалась нелепая дамочка в длинной юбке, которая всё это время с двумя чемоданами и пюпитром молчаливо стояла сзади, – Дорогой! Что вы там делаете!? Зачем вам рисковать с некультурными людьми! Ваша жизнь – для них это не аргумент!
Голос у дамочки диссонировал с происходящим.
Ярыгин, расталкивая большими руками толпу, вёл Настю к трапу.
Ей было больно, но, тем не менее, она продолжала двигаться вперёд.
-Товарищи! Разрешите пройти! Пропустим юную дамочку! - говорил Ярыгин …
Настя следовала за ним.
- Мне очень нужно! - приговаривала она.
С немалыми усилиями они спустились к причалу.
– Спасибо! – успела крикнуть Ярыгину Настя, как толпа, шедшая на подъём, увлекла мичмана за собой.
Настя протиснулась, и только теперь оказалась свободной от толпы...
Буксир «Орёл» включил двигатель и дал первый протяжный гудок.
Поле
Марш-бросок артиллеристов. Бренчание воинского обвеса, дыхание сотни молодых парней на марше. Колонну курсантов-артиллеристов замыкает прихрамывающий курсант Бабинцев.
Штаб Вермахта.
Фельдмаршал принимает командира авиаполка, и пехотного генерала. Он сильно раздражён.
Речь фельдмаршала:
Есть данные, что в ближайшие часы русские предпримут ещё одну попытку высадки десанта. Им нужен левый берег и нужен фарватер. Но больше всего меня интересует Ладога. Что там за баржи у русских? Их не должно быть. Ни одной баржи, катера и даже плавающей доски! Всё должно быть уничтожено!
Трюм
Курсанты обустраиваются в трюме. Места уже было очень мало, буквально, не было ни одного свободного сантиметра в помещении баржи. Дышать становилось труднее, но все сидели спокойно и тихо.
Пристань
Матросы закрывают сходни – большой люк для спуска в трюм скота, расположенный в носовой части баржи.
Офицер Михайлов передаёт мичману Ярыгину списки пассажиров.
- Тысяча пятьсот человек. Но цифра условная. Я думаю, что – больше! Удачи. - сказал Михайлов.
- Не помешает, - сказал Ярыгин, убирая бумаги за пазуху.
Насте предстояло выяснить куда направили роту артиллеристов. Поразмыслив, она двинулась к дому с террасой, откуда, как она понимала и поступали все команды.
Она прошла несколько метров, но вдруг, её взяли за руку и потащили обратно.