На улице идет дождь, а у нас идет концерт. Все идет, все течет, осень, друзья мои, прекрасная московская осень. Но барометр у всех советских людей показывает ясно.
Тогда в кусты! Раздумывать некогда. Сегодня каждый должен проявить себя. Каждый!
Щас я вам покажу, где здесь хунд беграбен, то есть собака зарыта!
Штихель штихелю рознь. Одно дело спицштихель. И совсем другое - больштихель.
Нет... Он сомнителен. Он сомнителен. Я бы ему не доверял...
Я прилёг. Я не в силах.
Мне грустно, но вы приняли допинг.
Резать к чёртовой матери! Не дожидаясь перитонитов.
— Вы популярны!
— Нет. Это витаминизация популярна...
Спокойствие. Молодость — это мгновение. Вы не успеете оглянуться, как я изменюсь. И не в лучшую сторону.
Так вот это сокровище вам не сдалось. Это мой крест! И нести его мне.
— Он своеобразен, не правда ли?
— Да, в нём есть нечто подлинное.
Вам нужен творческий непокой!
Ну, юноша, самовыражайтесь быстрее.
Я вся такая несуразная, вся угловатая такая... Такая противоречивая вся!
Партия переходит в эндшпиль, и играть его, девушки, буду я!
Это был какой-то гипноз. Непостижимо. Своими руками отдать счастье, надежду. Отказаться от обновления. И, как всегда, из-за боязни призраков.