Вся его сущность и внешний вид буквально кричали об этом. Сила была в его выражении лица, в его фигуре, взгляде. Ему хотелось подчиняться. Вот она и подчинилась. С первых секунд. В один момент. Она просто осознала, что не в состоянии сопротивляться ему. Она просто влюбилась, с первого взгляда. Маленькая и глупая. Не устояла, сломалась. Но она была только рада, так же как и их родители. Однако, этому был не рад мужчина. Его было не понять: он тянулся к ней, делал счастливейшей на свете, но тут же сам и отталкивал.
По началу были и ухаживания с романтичными свиданиями и широкими жестами. Один взгляд мужчины, наполненный нежностью и заботой, доводил ее до дрожи в коленках. Как оказалось, чтобы потерять голову от любви ей многого и не нужно было. Тогда, она не подозревала, что он может так умело подделывать чувства. Волк, в овечьей шкуре.
Их родители были в восторге от того, что детей тянуло друг к другу. Ведь более удачного варианта и не придумаешь. Но они не видели, что сильные чувства были лишь с одной стороны, их разум был опьянен мыслью о том, что их дети будут вместе, как они и мечтали. Мамы тут же начали суетиться, готовиться к свадьбе, а отцы лишь гордо смотрели на своих детей и подумывали о слиянии бизнеса. Никому не было дела до того, что у них на душе.
Скорая свадьба, на которой счастливы были только родственники, а от молодоженов шла напряженность и полная обреченность. Но никто не замечал этого. Внутри все переворачивалось, она конечно и была рада, что выходит замуж за любимого человека, но в то же время, она была обречена. Невзаимные чувства – что может быть ужаснее?
Был и медовый месяц на карибских островах. Да, это было незабываемо, особенно если учесть, что они ни разу не увидели друг друга во время отдыха. Встретились они только в аэропорте, чтобы родители думали, что все прекрасно. Но душа рвалась на части.
В большом доме, где они жили, ее муж только ночевал, да и то не всегда. Ему было плевать на то, что дома его ждет преданная ему женщина, которой никто, кроме него не нужен. Она задумывалась: почему так? Она, конечно не первая красавица, фигура у нее не самая лучшая, но она готова ради своего мужчины на все. Зачастую, когда он возвращался домой, на нем можно было почувствовать слабый запах чужого парфюма. Женского. Пожалуй, это было самым обидным, унизительным. Зачем он был с кем-то на стороне, когда дома была на все готовая, любящая девушка? Ее убивали те моменты, когда она видела засосы на теле мужа, его распухшие, покусанные губы. Ведь она знала, что это сделала не она. В их моменты близости не было ни поцелуев, ни ласковых слов – ничего. От этого становилось еще больнее.
Они спали в разных комнатах, и почти не пересекались. Однако она упорно ждала каждый вечер мужа с работы, готовила ужин, который тот редко пробовал, и каждый вечер видела равнодушие и презрение. Она устала, Господи, как же она устала.
В это время хлопнула входная дверь, в коридоре послышались шаги и вот в гостиной появился тот, кто занимал все ее мысли. Такой красивый, уверенный в себе, такой родной и такой чужой… Она перевела взгляд на наручные часы – половина первого ночи. Как всегда.
- Привет… Ужин на кухне, - она с надеждой смотрела на него, хотя знала, что все будет как обычно.
Смуглый парень перевел свой удивленный взгляд на нее, удивившись, но вскоре на его губах появилась презрительная ухмылка, когда он увидел, что та сидела и рассматривала фотографии со свадьбы.
-Я не голоден, спокойной ночи, - он просто прошел мимо, по пути снимая с себя одежду, обнажая идеальный торс с рельефными мышцами, тем самым заставляя жадно провожать его взглядом.
Когда шаги стихли, она поднялась с дивана, бережно положила альбом на место и выдохнула.
- Ну, а ты чего ждала? За два года ничего не изменилось, не изменится и сейчас.
Мысли путались. Губы задрожали, а в горле образовался комок горечи. На глаза могли бы набежать слезы, но за все это время, казалось, выплакивать было уже нечего. Огромная дыра зияла в груди, постоянно напоминая о боли, которую доставляет равнодушие самого близкого человека.
Близкого… Именно так полагают окружающие. А на деле, вряд ли он смог бы назвать ее любимый цвет. Они были чужими друг другу. И от осознания этого становилось только хуже, до противных мурашек по телу. Ей было противно от самой себя. От чувств, которые она все равно испытывала по отношению к мужу.
С разбитым на куски сердцем, которое уже ничто и никто не сможет склеить, она выключила в комнатах свет и направилась в свою комнату, где ее ждала огромная холодная кровать, в которой было до боли одиноко.