Кое-как успокоив дочку, Ольга позвонила в школу. Рассказав директору о случившемся, она засобиралась в больницу. Лена тоже захотела пойти с ней, хотя Гена ее всячески отговаривал.
В больнице им разрешили пройти в палату. У кровати Вени сидела его мама. Мальчик изумленно и даже испуганно смотрел на них.
— Веня, прости меня! — жалобно попросила Леночка, и слезы снова потекли по ее щекам. — Я не думала, что ты вправду прыгнешь. Я не хотела! Поправляйся, я буду с тобой дружить! И в кино будем ходить, и на дискотеку. Только поправляйся!
— Нет, Лена, это ты прости меня, — слабым голосом ответил Веня. — Я не должен был так поступать. Ты ни в чем не виновата. Это я дурак!
— Веня, я к тебе каждый день буду приходить. Буду задания приносить и помогать, чтобы ты не отстал.
— Что врачи говорят: долго тебе лежать придется? — спросила Ольга.
— Не меньше месяца, — ответила его мама. — Ты, детка, себя не казни, — обратилась она к Лене,— а поправится, я его еще и высеку! Это ж надо такое учудить! Ты понимаешь, что на всю жизнь мог калекой остаться? Что тогда с нами было бы? Жить и так трудно, а тут еще ты со своими выходками!
— Мамочка, я больше не буду! Я, как ударился о землю, — сразу все понял.
В палату вошел врач.
— Ну что, самоубийца, как самочувствие? Сейчас психиатр тобой займется. Будешь теперь на учете состоять. Это она? — заметил он Лену. — Из-за которой ты с балкона?
Тот молча кивнул.
— Действительно, хороша! — Он с откровенным интересом разглядывал смутившуюся девочку. — Из-за такой голову потерять ничего не стоит. Но бросаться с балкона все равно не надо. Кому нужен калека? Ну поправляйся, я еще вечером зайду.
Он вышел.
— Веня, мы тебе яблок принесли. И апельсинов. — Леночка положила на тумбочку сверток. — Может, тебе почитать принести? Ты про что любишь?
— Не надо, я лучше уроки буду учить. Мама завтра принесет учебники — буду заниматься, чтобы не отстать. Скажи Гене, пусть не сердится на меня. Представляю, как он разозлился! Скажи, что больше никогда такое не повторится.
— Ладно, скажу. Ну, мы пойдем? Поправляйся. Я завтра опять приду, хорошо?
— Приходи. Если хочешь, с Геной приходи. А то он не любит, когда ты одна ходишь. Я буду ждать.
— Ты хоть представляешь, придурок, что натворил? — на следующий день свирепо спросил Гена морщившегося от боли Веню. — Теперь из-за тебя Лену по милициям затаскают! Убить тебя мало!
— Не затаскают. Ко мне следователь уже приходил. Я сказал, что сам прыгнул — никто меня не подталкивал. Что Лена не виновата. Он все записал с моих слов, а я подписал. Ну, что там в школе?
— О, в школе предложили сочинение написать на тему "Как Веня пошел к Лене, а парашют дома забыл". Ты теперь у нас главный парашютист! Вернешься — доклад сделаешь, какие чувства испытывает парашютист без парашюта в полете и при приземлении.
— Гена, хватит над ним издеваться! Веня, что, очень больно? — Леночка сочувственно смотрела на постанывающего Веню. — Тебе разве обезболивающее не дают?
— Дают какие-то таблетки, но все равно больно.
— Это правильно! — не унимался Гена. — Надо бы такие, чтоб еще больнее было! Чтобы надолго запомнил! Нет, ты скажи, почему с третьего этажа прыгнул, а не с пятого? Пришел бы ко мне — я бы тебя еще и подтолкнул. А то вообще мог с крыши сигануть. У нас на чердак дверь легко открывается. Не сообразил?
— Ладно, я же сказал — не буду!
— А зачем тебе, идиоту, это понадобилось? Что ты этим доказать хотел?
— Хотел, чтобы Лена со мной встречалась. Ни о чем другом думать не мог. Влюблен был, как ненормальный. Как представлю себе ее рядом, будто она идет и улыбается мне, а я держу ее под руку — как на небо взлетаю. Но теперь все! Как грохнулся — вся дурь вылетела из головы.
— Слушай, а это идея! Значит, чтобы влюбленность прошла, надо с балкона... того! Лен, ты поняла? Кидай их всех, кто будет приставать, не раздумывая!
— Вот я с тебя и начну, — сердито ответила Лена. — Чтобы ты не издевался над Веней. Видишь, ему плохо!
