Пристань. Волейбольная площадка.
Старшина Бакин и Костя сошлись в центре волейбольной площадки.
- С очка вылезать не будешь!.. Это я тебе говорю – боевой старшина! Терпеть не могу блатных! - как бы в усиление своих слов Бакин вырвал из рук Кости часы, которые тот в эту минуту достал из кармана и пытался надеть.
- Верните часы, товарищ старшина!
- Рота становись! Одна минута! Время пошло! – крикнул Бакин и, демонстративно, спрятал часы в карман галифе.
Теперь, посреди толпы, стояла полуторка, в кузове которой находился большой чёрный рояль. Водитель полуторки, явно не понимал куда ему ехать дальше, и, приоткрыв дверь, спрашивал об этом у стоявшего в кузове сопровождающего.
– Я здесь точно также ни черта не понимаю! – кричал сопровождающий.
Народу на причале скопилось много, и теперь баржу почти не было видно: всё кругом было облеплено людьми, скарбом и багажом.
Офицер Михайлов, один из помощников полковника Горелова, взобрался на трап баржи.
– Товарищи! Внимательно слушаем меня, – крикнул он, развернувшись к толпе.
Движущаяся толпа затёрла Настю, которая явно не понимала, что ей делать.
«Значит, порядок погрузки будет такой…» – кричал военный с трапа.
Толпа пассажиров двигалась к барже.
Настя была в толпе. «Гражданские в последнюю очередь!» - звучал голос Михайлова.
Толпа гражданских остановилась.
«Сначала личный состав училищ… Военно-Морская Медакадемия подходим на погрузку…Гражданские – потом, если останется место, по отдельной команде» - кричал Михайлов.
Люди в гражданском зароптали.
Костя обратился к комроты.
– Можно отлучиться, товарищ комроты? Я быстро! Пять минут.
– К отцу, что ли? – поинтересовался комроты.
– Нет. Но мне нужно. Очень.
– Хорошо. Но только пять минут. Сейчас погрузка будет. Давай Горелов! – комроты дал отмашку, Костя убежал.
Бакин это видел.
- Я ему влепил с утра три наряда… - сказал Бакин комроты, а тот промолчал.
-Повторяю, слушаем меня, – кричал Михайлов, – В первую очередь будут грузиться военные. Все гражданские отходим вправо, не мешаем, и ждём команды.
Толпа гражданских стала принимать вправо.
Костя появился неожиданно рядом с Настей.
– Пошли! Я тебя посажу…
Он взял её чемодан.
– Меня ж не пустят! – засомневалась Настя.
– Это почему?! – возмутился Костя, – Двигайся! Давай, - вытянув шею, Костя закричал вперёд:
- Расступимся, товарищи!.. Пропустим… У нас спецпропуск на посадку. Уходим с дороги!
Костины выкрики имели результат – им уступали дорогу.
У сгорбленной старушки, тащившей впереди увесистый чемодан, лопнула ручка, отчего она никак не могла ухватить чемодан, от которого движущаяся толпа старушку оттирала всё дальше.
Костя на ходу подхватил её чемодан и скомандовал.
– Матушка держитесь за нами!
– Сынок! Спасибо тебе! – всплеснула руками старушка.
– Пока не за что! – ответил Костя. И продолжил таранить толпу в спины, с криками, – Товарищи! Пропустим! Дайте пройти…
На баржу грузились медики. Курсанты поднимались по трапу. Их офицеры стояли у входа, отслеживая своих.
– Медики, сколько вас? – спросил Михайлов у офицера-медика.
– Триста сорок,-ответил офицер.
– Сразу грузитесь в трюм.
Костя пробился через толпу, вывел Настю вперёд себя.
– Дамочка! Сказано же было, что сначала грузятся военные, – остановил Настю при подъёме на трап офицер Михайлов, который только что был оратором, – Идите назад! Спускайтесь! И ждите команды.
Настя растерялась. Она готова была спуститься, но вмешался Костя.
– Она со мной. Здравия желаю, – Костя по знакомому поприветствовал офицера. Тот Костю узнал.
– Хорошо, проходите! Сдавайте багаж, и спускайтесь в трюм…
– Давай, – Костя подтолкнул Настю.
– Бабушка назад! – крикнул Михайлов.
– Это тоже со мной, они обе… у неё тяжелый чемодан…
– Нет. Потом твой батя будет меня казнить, – огрызнулся офицер, – проходи! Бабушка вернитесь назад!
Михайлов отсёк бабушку, и она осталась на трапе.
Костя с Настей вышли на палубу.
- Иди, пробирайся к трюму! – сказал Костя.
- А где трюм? – растерянно спросила Настя.
Костя не услышал вопроса, он поставил чемодан старушки на палубу:
– Ручку надо починить! – крикнул ей Костя.
В салоне автомобиля на берегу сидел человек в шляпе, пил из термоса чай и наблюдал за тем, что происходит на палубе.
– Мечутся, как тараканы, – лениво сказал он.
Пассажиры послушно сносили свои чемоданы и баулы на корму, но в трюм никто не спешил.
Настя поставила свой чемодан, сделала два шага в сторону, посмотреть, где Костя, обернулась, и увидела, как кто-то из матросов уже ставит её чемодан в общую кучу. Настя подскочила и потянула чемодан на себя.
- Что вы делаете?! Это мой чемодан!
– Весь багаж остаётся наверху, в трюм с багажом нельзя! – сказал матрос.
Настя молча потащила чемодан в сторону.