Квартира Насти. Наши дни. Утро.
Сумрачный коридор, по которому идёт пожилая женщина Анастасия Александровна, хозяйка квартиры. В комнате Анастасию Александровну ждёт её дочь (70), внук, (50) правнуки (20 и 25).
Очень жаль, но у меня нет ни одной его фотографии. Ведь мы были моложе, чем теперь наши правнуки. Трудно себе представить, но мне было семнадцать, ему - двадцать, и я по уши была влюблена в него. Из-за Кости Горелова я и села на эту злополучную баржу. От любви все глупости, и все несчастья. Это действительно так. Потом помню: вечер, холодно, берег Ладоги, кирпичное здание, крошечное фотоателье. Мы оба ужасно простужены, я в каких-то чужих обмотках, стою, он сидит на стуле. «Птичка вылетает», но денег у нас нет, расплатиться не можем. Он через час уходит на фронт, отдаёт мне свои часы: чтобы утром я могла заложить часы в ломбард, расплатиться с фотографом и забрать снимок. Ночью - налёт авиации, и в здание, где было фотоателье, попадает бомба… Пожар! Все негативы, понятно, сгорают…остаётся только это... (в комнате она достаёт из шкатулки мужские наручные часы). – Им почти восемьдесят лет, их ни разу никто не чинил, вы не поверите, но они до сих пор идут…
Подносит часы к уху, слушает…
Улица. Проезд Кости.
Утренний жанр большого города. Горожане, военные, дети. Автомобиль, тележная повозка, по тротуарам, вдоль зданий, разложены поленницы дров.
Звучит голос диктора радио: «По прогнозам синоптиков, днём, местами, пройдут кратковременные осадки…»
Костя Горелов крутит педали велосипеда, ловко объезжает преграды, виртуозно закладывая корпус то в одну, то в другую сторону.
Двор с аркой.
Из открытого окна сбрасывается тюк с вещами. В углу двора стоит мальчик лет пяти со стопкой книг возле ног. Мужчина ловит тюк, складывает его в тележку, и готовится ловить следующий. …
«Вчера фашисткие самолеты восемь раз бомбили Пулковские высоты»– звучит голос диктора радио.
Герой проезжает по двору.
По улице идёт толпа народа с чемоданами – сотни людей.
Квартира с собачкой.
Дама (хозяйка квартиры) спешно собирает чемодан, её муж стоит одетый, с собачкой на руках. У входа в комнату два сотрудника НКВД.
- Эвакуация куда? На какой срок? Мы должны знать! – говорит мужчина.
- На улице вам всё объяснят, - отвечает старший.
Пара с собачкой выходят из подъезда и становятся частью уже тысячной колонны людей с чемоданами и скарбом, движущихся в одну сторону.
Здесь же Костя едет на велосипеде.
У моста лейтенанта Шмидта.
Мост лейтенанта Шмидта - закрыт. Поперёк въезда на мост стоит автомобиль, и несколько человек в форме НКВД. Колонну отправляют по набережной в сторону Дворцового моста. Костя притормаживает, смотрит, как из машины солдаты вынимают ящик со взрывчаткой.
Офицер (кричит, обращаясь к Косте). Проезжаем! Здесь не надо останавливаться!
Костя едет дальше…
Толпа значительно разрослась, теперь она занимает большую часть набережной.
Квартира Насти. 1941.
Настя укладывает вещи. В распахнутое окно влетает ветер, вдохновенно вздымая легкую занавеску. Открытый чемодан стоит на стуле. Из кухни появляется Мария Николаевна, она несёт туфли, кладёт их в мешок, передаёт Насте. Настя укладывает туфли в чемодан.
– Не понимаю, как же ты будешь жить там одна?! В эвакуации, где –то в другом месте, в чужом городе!.. После Ленинграда! - говорит Мария Николаевна, - Как говорил мой папа, переехать из Питера жить куда –то, это всё равно, что животному поменять среду обитания, допустим, заставить слона жить под водой. Это – невозможно! – на этих словах Мария Николаевна покидает комнату, - А ты… Ты ведь, дальше Летнего сада нигде не была…
– Мама, я совсем не так беспомощна, – возразила Настя
(Настя, как только мать вышла из комнаты, идёт к серванту, берёт духи, губную помаду. прячет духи и помаду на дно чемодана)..
– Ну, куда там!
Марию Николаевну привлёк свист с улицы, она вернулась в комнату, выглянула в окно…
Внизу стоял Костя с велосипедом и показывал на часы.
– Не знала, что вы едете вместе. (Мария Николаевна отходит от окна).
- Не обижайся, мам!
- Я не обижаюсь, но если ты собралась замуж, то я, как минимум, должна об этом знать.
- С чего ты взяла, что я собралась замуж?!
- А как же?! Путешествие с мужчиной в твоём возрасте, это серьёзный поступок.
Мария Николаевна передала Насте глаженное, сложенное полотенце
- Смотри, не наделай глупостей.
Настя положила полотенце, закрыла чемодан.
– Хорошо. И ты, мам, береги себя.
– Со мной ничего не случится. Я дома, а ты будешь непонятно где.
- Мам, мне надо идти, - сказала Настя.
- Иди, я тебя не задерживаю.
Голос у Марии Николаевны дрогнул, она со слезами посмотрела дочери в лицо, и они бросились в объятия друг другу.
- Помни, ты у меня одна! – сказала Мария Николаевна.