Красный пингвин (часть шестая)

Кирилл едет в машине и разговаривает по телефону.

- Макс, привет. Слушай, у меня поменялись планы на лето. Нет, давай начну с главного, мне нужны деньги. Ты сможешь осенью загрузить меня по полной программе?

- А что? Хочешь поменять машину? Квартиру?

- Нет, жениться.

- Да ты что. На ком?

- На Саше. Я приходил с ней на твоё день рождения.

- Хорошая девушка. Но не из каждой хорошей девушки получается хорошая жена.

- Макс, мне сейчас не до шуток.

- Так ты когда женишься?

- В июле. И летом я смогу работать только на выгодных заказах, потому что буду жить за городом.

- Медовый месяц?

- Типа того.

- Ладно. И когда сможешь работать по полной программе?

- С октября буду брать всё подряд. И чем больше, тем лучше.

- Вау! Ладно, я тебя понял.

- Пока.

Кирилл уже въехал во двор Сашиного дома. Вышел из машины, позвонил в ее дверь.

Дверь открыла Саша. Она посмотрела на него равнодушно, будто не узнавая. Он сделал шаг, чтобы обнять ее, но она уже повернулась и пошла в комнату, села в кресло.

Она даже не отвернулась, спокойно сидела в кресле, опустив глаза. Но Кириллу казалось, что его как бы нет в этой комнате, что она не видит и не слышит его. Будто из того проклятого пруда выплыла совсем другая, чужая женщина, которая его не знает, не помнит.

Когда-то, в детстве, он прочитал, что киргизы говорят - сердце равнодушного человека сделано из войлока. Не из камня, а из войлока. Потому что, если по камню ударить, то будет хоть какой-то отзвук. И теперь ему казалось, что его слова падают в такой вот равнодушный, безучастный войлок.

- Почему ты не хочешь говорить со мной, Саша?

- Давай перенесем свадьбу на июль, Саша.

Но она будто не слышала его.

Он чувствовал, что уже потерял ее. Что его Саша, которая понимала его, как себя, которая была продолжением его души, которая смотрела на него с такой нежностью и так хорошо смеялась его шуткам … она уже покинула его. Утонула в том пруду.

Кириллу стало страшно.

И он прошептал:

- Не бросай меня, Саша. Не покидай так быстро. Мне страшно. Побудь со мной еще немного.

И вдруг весь ужас последних дней вырвался из него отчаянным криком:

- Помоги мне, Саша!

И Саша посмотрела на него. И он увидел, что эта та самая Саша, и бросился к ней:

- Саша, подожди … пусть только год, полтора … не бросай меня Саша, я не справлюсь без тебя …

И она гладила его лицо, вытирала его слезы и говорила:

- Да, да, конечно. Я буду с тобой. Только ты не плачь, успокойся, не надо плакать. Я буду с тобой. Всегда. Я всегда буду с тобой.