Курить на улице зимой — это далеко и холодно, а в форточку в коридоре — нет. Думала я 15 лет назад.
Потому я стояла первой в голове коменданта общаги на выселение (это была женщина и звали ее Светланой). Там (и в голове, и на столе) лежала на меня стопка докладных, высотой 10 сантиметров за это самое курение (нет, нет — не за криминал).
Со Светланой мы были в нормальных отношениях, но порядок есть порядок и она мне сказала: «все, Татьяна, вы меня достали, подите вон». А мне нельзя было никуда идти, потому что идти было некуда и вообще я собиралась покорять большой город — сценарий с выселением был тотально мимо планов.
И был еще Анатолий Степаныч, 60 лет отроду, и был он добрым и душевным человеком.
И еще был директором по хоз. части в моем институте. А это третий по величине человек, на минуточку.
И предприняла я тогда, как мне показалось, гениальное решение: задружить с тем, кто может повлиять на решение Светланы. И случай был подходящий: я вдруг узнала, что, оказывается, все уже неделю как проходят практику (неделю из двух)) и можно выбрать ЛЮБОГО человека у кого ее проходить.
Я выбрала Анатолия Степановича. В деканате удивились, смеялись, крутили у виска (последнее — не исключено, что только в моем воображении, но это было бы логично), потому что ни до меня, ни после никто не делал выбор в пользу стажировки в кладовках и складах. Учитывая то, что учились мы на управленцев высшего звена. Но разрешение подписали.
На следующий день я сидела в кабинете Анатолия Степаныча. Мы выяснили, что оба любим мой родной город (оказалось, он там бывал часто), гонять чаи и у нас похожее чувство юмора — а это вообще все решает.
Договорились, что не стоит такому хорошему человеку, как я, заниматься ерундой типа практики, и мы встретимся в финальный день, он подпишет все документы мне — ведь очевидно: я прекрасный человек.
В день П (это буква Пэ, потому что день Прекрасный) я стояла у него в кабинете. Анатолий Степаныч, сказал: «ну давай все, что надо подписать», — и вдруг спросил — «а как хоть твоя фамилия, а то мы подружились, а фамилию я-то и не спросил».
Я назвала свою фамилию.
Представьте лицо человека, которому сказали, что он выиграл миллион, а потом вдруг объявили, что пошутили. Вот такое лицо вместо Анатолия Степаныча смотрело на меня.
Он отложил ручку и сказал: «Татьяна, ну как так случилось? Я только что чуть не выселил из общежития хорошего человека!» и показал мне подписанное им заявление на меня на выселение).
По итогу: заявление ликвидировали, практику подписали, чай выпили. С Анатолием Степанычем мы потом еще долго дружили, еще пили чай и травили шутейки.
А Светлана встретила меня в коридоре общаги и сказала только: «как ты опять отделалась?».
Будьте предусмотрительными и искренними — иногда это все решает).
И не бойтесь дружить с вершителями судеб — они все живые люди и часто очень хорошие).