Как-то ехали мы в поезде домой. Вагон плацкартный. Нас было четверо женщин, два места у нас было в одном купе нижние, а два других - верхние в разных отсеках.
Нижние рундуки сразу заняли своими неподъемными сумками. И сразу решили перекусить, а потом лечь по своим местам отдохнуть. Обе женщины, у которых места были верхние в других купе, сели в нашем за стол, благо все знакомы и едем вместе.
И тут к нам подходит пара - муж и жена - с верхних мест из нашего купе. Видимо, увидав, что нас уже четверо сидит, вольготно расположившись за столиком, женщина занервничала. А, надо сказать, что она из таких спортивных активных тетенек, которым палец в рот не клади. А муж, видимо, для красоты, большей частью помалкивал.
Вот эта пассажирка стала требовать, чтобы мы открыли нижние рундуки, чтоб она смогла положить туда свои пакеты и небольшую сумку, не дамскую, а такую маленькую багажную. Это были все их вещи: сумка и пара-тройка пакетов. Ехать им четыре часа, а нам 18 часов, то есть до утра.
Я сказала, что места внизу для их сумок нет, раз у них верхние места, то и кладите наверх свои пакеты. На что тетка еще больше занервничала, стала доказывать, что она имеет такое же право. А тогда еще эта тема не муссировалась так активно, как сейчас, все старались быть взаимно вежливыми, конфликтов было очень мало в дороге, если только из-за пьяниц. А тут все трезвые, все адекватные, кто раньше положил свои вещи, тот и прав.
Тетка не унимается, скандалит. Мы ей и так, и сяк, объясняем, что сейчас уляжемся спать, через четыре часа нас беспокоить доставанием своих сумок она не имеет права. Ничего не помогает. Тогда я решила говорить на ее языке, гаркнула : - "Так, заткнулись все, и полезла быстро на свою полку!".
Вот это вдруг возымело действенный эффект. Тетка залезла на самом деле наверх и притихла. Муж остался сидеть внизу, но он нам не мешал, пока мы ели. А потом и он залез наверх, мы постелили постели и легли отдыхать.
Перед своей станцией тетка слезла сверху и сидела в соседнем купе, и слышно было, как она там рассказывает, что ей не повезло с попутчиками.
А потом они вышли. На верхние места больше так никто и не пришел. А мы поехали дальше уже спокойно. Но меня все-равно грызла тихонько моя совесть, что я обидела женщину, а так же было неудобно перед ее молчаливым порядочным мужем.