С Питером у меня сложились тяжёлые отношения, все приезды — от первого во время студенчества, до последнего — по работе, были с разным эмоциональном окрасом.
Независимо от дня недели, времени года и суток Питер встречал меня угрюмой свинцовой атмосферой.
Первые поездки показали всю его красоту, я вдыхал воздух, пропитанный судьбоносными событиями столетней давности, посещал главные достопримечательности.
Затем я поехал в Питер вслед за ней, но позже на пару дней. За те дни она предала меня. Это казалось немыслимым, нож по сердцу. Ведь мы только что обсуждали свадьбу, планировали будущее. После этого все делилось на до и после.
Следующий раз я уехал в Питер на несколько дней после тяжелого эмоционального опустошения и получения долгожданной работы, чтобы перезагрузиться. Эмоциональный подъем: кофейни на Невском, Том Йорк в наушниках поёт: «I'm on a roll, I'm on a roll this time». Дом Зингера и штаб ВКонтакте, посиделки в барах.
Очередная поездка в Питер — интрижка с провинциалкой, которая сейчас модель в Италии. Это несвойственно мне, но тогда это была отдушина.
Последняя поездка — командировка с маниакально влюблённой в тебя. Это тяжело.
Я не был в Питере давно и вроде мы не скучаем по друг другу, но все меняется!
С Москвой сложились другие отношения — Москва толерантный город?