Был он необыкновенно красив и похож на Володю Ульянова в детстве…Петя Мосин всегда был способным мальчиком, но способности свои применял как бы избирательно и скорее по собственному выбору. Так, шашки и шахматы его не привлекали, а всё, что было связано с техникой, шло «на ура»! Он был записан во все кружки районного Дома технического творчества пионеров и школьников от авиамодельного до радиолюбительского и везде успевал проявлять свои технические наклонности. Он не был по натуре изобретателем, но любил находить сложные неисправности, сейчас бы сказали системные, усовершенствовать и доводить технические новинки до вершин, ведомых лишь таким корифеям, как да Винчи и Тесла!
Ему прочили блестящую будущность инженера, но он после 8-го класса пошёл в радиотехническое ПТУ рядом с домом, отслужил 2 года в армии на РЛС и устроился регулировщиком РЭА 5-го разряда на экспериментальный завод «Азимут» от ЦНИИ «Электроприбор». Там сдал через полгода на 6-й разряд и был переведён в Отдел выпускной продукции с постоянными командировками на «Севмаш». Ещё в Питере способности его были замечены ответсдатчиком Андреем Волковым, и на Северах Пётр был определён в его бригаду… Там его и прозвали Инди.
Первое время Волков учил Мосина быстро ориентироваться в кипах релейных схем их сложнейшей системы, но, увидев, что тот завёл особой формы блокнот, куда выписывал пути прохождения информационных сигналов от гировертикали до «головы», полностью положился на Петю в вопросах схемотехники.
Через год после успешной сдачи головного заказа Пётр Мосин получил из рук гендиректора «Севмаша» орден Трудового Красного знамени. Ходатайствовал об этом перед руководством Андрей Волков, хотя были определённые сложности с процедурой представления – Петя был беспартийным и в ряды партии не стремился, почему-то…
Когда отмечали успешную сдачу в ресторане, заодно и награды бригады обмыли, не забыв и Петькин орден.
Андрей и Петя были самыми молодыми в бригаде, сдружились, и Волков предложил Мосину переехать к нему в отдельный номер гостиницы «Волна», полагавшийся ответсдатчику Госзаказов. Там их частенько навещал «контингент» из контрагентских секретарш и училок из ближайших школ.
По совету Волкова Петя стал носить на правой руке якобы обручальное кольцо, дабы не возбуждать в девичьих сердцах надежды на гименеевские узы! Это и сыграло с Мосиным злую шутку…
…Ему понравилась новая кладовщица-инструментальщица, и он пригласил её в кино на выходной. На последнем ряду Петюня стал обнимать девушку, а та сбрасывала его руку с плеча, как и положено, до тех пор, пока не наткнулась на кольцо! Девушка даже вскрикнула от досады и неожиданности и опрометью выскочила из зала…
На работу от расстройства такого и позора она не вышла, взяв больничный и передав Пете через подруг-заводчанок, что в сердце её нет места женатым проходимцам! Впрочем, те же подружки втолковали ей, что она дурой беспросветной будет, если упустит такого парня, хотя бы и женатого!
Через контрагентов она узнала, что Мосин холост, купила бутылку сладкого вина и стала ждать Петю у гостиницы…Тот появился, молча сгрёб молодуху в охапку и оттащил в номер – пару месяцев они были счастливы…
…Между тем вторая субмарина была сдана в срок, и Волкова отослали на полгода начальником группы гостехнадзора в Гремиху, а по возвращении предложили сформировать бригаду для работы на Дальнем Востоке.
Пётр Мосин был первым в списке Волкова!
Вначале они трудились в Комсомольске-на-Амуре на ЗиЛКе – заводе им. Ленинского Комсомола, затем, после схваченной огромной дозы радиации из-за разгильдяйства руководства завода и якобы лечения в Питере, в Большом Камне на тамошней сдаточной базе «Звёздочка».
Здесь и начались странности с Мосинской радиоактивной головой: он уже не молниеносно сверял схемы с реальным монтажом, мог ошибиться при прозвонке монтажных соединений, и был отправлен на медкомиссию вначале в Хабаровск, а затем в Ленинград, где был комиссован вчистую с диагнозом «серебряный менингит» и мизерной пенсией! Волков ничем не мог помочь ему, и тот умер в нищете и забвении через полгода…
…Через несколько лет, когда Волков перебрался в родной Питер окончательно и бесповоротно, он получил конверт с обратным адресом Северодвинска, вскрыл его и долго смотрел на фото чудесной девчушки, так похожей на Петю Мосина в детстве.
«Инди Петровна», гласила подпись на обороте…