В 735 г. в саксонском королевстве Нортумбрии, возле города Йорка, в семье знатного англосакса родился мальчик. Ещё до рождения его родители решили, что отдадут его в монастырь. Поэтому и имя ему дали Алхвине, что по-англосаксонски значило «друг храма». Позднее имя Алхвине было переделано в Алкуин. Под этим именем его и знает история.
Только раннее детство провёл Алкуин в родительском доме, а лет семи отдан был в монастырь в городе Йорке.
В то время в Западной Европе был обычай в монастырях принимать маленьких детей на воспитание, чтобы из них подготовить монахов. Такие мальчики назывались «предназначенные». Для них в монастыре устраивалась небольшая школа под руководством какого-нибудь учёного монаха, который учил их латинскому языку, чтению церковных книг, церковному пению, водил их в церковь ко всем церковным службам, будил среди ночи, чтобы вести к ночному богослужению. Обучали их также и наукам, входившим тогда в курс средней школы.
Всё это пришлось пройти и маленькому Алкуину. Нелёгкое это было дело! Все книги тогда были на латинском языке. В монастырской школе запрещали ученикам разговаривать по-староанглийски даже между собой: для них и здесь латинский язык был обязателен. Всё преподавание было на этом языке. Чтобы начать учиться, надо было сперва выучиться понимать латинский язык. Для этого прежде всего заставляли вновь принятых детей выучить наизусть полностью псалтырь, то есть сто пятьдесят священных песнопений, приписываемых древнееврейскому царю Давиду и переведённых в своё время на латинский язык.
Так было и с Алкуином. Выучив наизусть все полтораста псалмов, узнав значение каждого слова, написанного в рукописи латинскими буквами, приобрёл он достаточный запас латинских слов, узнал азбуку, приучился разбирать написанное, стал понимать латинскую речь своих наставников. Тогда началось прохождение школьных предметов.
Первой наукой, которую ему предстояло одолеть, была латинская грамматика. Здесь приходилось запоминать наизусть латинском языке: что такое грамматика, на какие части она делится, что такое буква, что такое слог, какие бывают буквы гласные и согласные и т. д. Дальше изучали восемь частей речи. Выучив определения каждой части речи, начинали упражняться в склонениях и спряжениях.
Всё это было нелегко. Но Алкуин обладал прекрасной памятью и понятливостью. Он быстро схватывал объяснения учителя и скоро запоминал на зубок каждое определение. Особенно же ему нравилось то, что на каждое правило приводились примеры в стихах из римского поэта Вергилия.
Стихотворная речь приятно ласкала ухо, а раскрывавшиеся в стихотворных отрывках образы возбуждали воображение. Алкуин не только запоминал наизусть все стихотворные примеры на грамматические правила, но достал в монастырской библиотеке старую рукопись с произведениями Вергилия и с упоением читал их.
В его однообразной жизни, где не было места для детских игр и развлечений, это сделалось главной его отрадой. Особенно увлекала его поэма «Энеида». Там рассказывалось, как троянец Эней бежал с товарищами из сожжённой греками Трои, как он долго плавал по морю, как пристал к городу Карфагену, где царствовала прекрасная Дидона, которая полюбила Энея, а когда Эней уплыл от Дидоны в Италию, она с горя бросилась в огонь.
Всё это было увлекательно. Одно смущало мальчика: и Вергилий, и все его герои были язычники, не знавшие христианской веры. А от монахов - наставников Алкуин каждый день слышал, что все язычники — враги Христовы и за это на том свете дьяволы их терзают всякими муками в адском огне. И брало Алкуина порой смущение: не загубит ли он свою душу тем, что читает и запоминает поэмы язычника.
Был и другой источник огорчений у маленького Алкуина. Каждую ночь по стуку сторожа в железную доску должны были все «предназначенные» мальчики вставать и идти в церковь к ночной службе. А ночью вставать так не хочется: как бы хорошо укутаться с головой в одеяло и опять заснуть! Так он иногда и делал, стараясь под одеялом укрыться от глаз наставников. А они опять-таки пугали его, что за это на том свете ждут всяческие муки от когтей дьяволов.
Был в монастыре монах из крестьян. Он попросил школьного наставника дать ему какого-нибудь ученика, чтобы тот вместе с ним ночевал у него в келье. Наставник послал к нему Алкуина. Алкуину это было на руку: монах этот крепко любил спать и никогда на ночные службы не ходил в церковь. Вместе с ним мирно спал и Алкуин; только на душе часто было неспокойно: вспоминались рассказы о дьяволах и адских муках и думалось, не придётся ли когда-нибудь ответить за ночной сон, как и за увлечение Вергилием.
Часть первая. Продолжение во второй части.