Так называемый «клад Наполеона» - один из самых известных в мире. Под ним подразумеваются трофеи, взятые французской «Великой армией» в ходе военной кампании в 1812 году в Москве. Даже по самым скромным подсчетам историков, добыча имела колоссальные объемы, однако до Франции не достигло практически ничего из того, что было взято в Кремле (там оставалось немало ценностей даже после эвакуации) и домах богатых горожан. Все это породило легенду о «золотом обозе» наполеоновской армии, спрятанном где-то по пути отступления.
Клад Наполеона искали в Смоленске и Борисове, в реке Березине и Семлевском озере, и почти в каждом населенном пункте, оказавшемся на пути отступающих французов, сохранились местные легенды о спрятанных сокровищах. Однако главным парадоксом всей этой истории является то, что сокровища Наполеона за прошедшее время так и не были найдены. Точнее, определенные небольшие находки, конечно, были, однако на «золотой обоз» они явно не тянут.
Большинство энтузиастов и кладоискателей, интересующихся данной темой, всегда считали, что основная часть обоза с трофеями была спрятана либо вблизи Смоленска, либо на территории нынешней Беларуси, когда отступление французской армии превратилось в дезорганизованное бегство. Была версия и о полном разграблении ценностей, как самими солдатами, так и идущими по пятам за отступающими казаками и местными жителями. Впрочем, в таком случае некоторые ценные вещи все равно появились бы спустя несколько десятилетий. Так где же искать клад Наполеона?
Конечно, версия о том, что основная часть ценностей была сокрыта в районе старой Смоленской дороги, по которой и отходили основные части французской армии после битвы под Малоярославцем, вполне логична. Однако здесь мы подходим к самому интересному: потеря обозов с трофейной добычей осуществлялась не единовременно, а постепенно на протяжении всего пути. И ключевой мыслью в создании схронов было их сохранение до возобновления военной кампании. Само собой, что создавая их, основной задачей было соблюдение полной секретности как от противника (то есть регулярной русской армии, казаков и местного населения), так и от рядового армейского состава. А этот факт сразу ставит под сомнение версию «где шли, там и прятали».
Исходя из этого, на мой взгляд, поиск московских трофеев Наполеона следует начинать там, где, по той или иной причине, были зафиксированы отделения войсковых подразделений от основной части «Великой армии». И первый такой случай происходит сразу после битвы под Малоярославцем. Существуют версии, что французский император на тот момент принял решение отступать в сторону Калуги или через Калугу на Украину. При этом 13(25) октября 1812 года в сторону небольшого города Медынь Калужской области направляется отряд общей численностью около 1200 человек. Возглавлял его генерал Ш.Лефевр Денуэт, командовавший 4-й и 5-й конно-егерскими, 12-м уланским кавалерийским полком (около 600 коней) под общим командованием генерала Т.Тышкевича, 15-й пехотный полк, часть 2-й роты конно-артиллерийского полка и пять орудий. В результате генерал Тышкевич был пленен, французы потеряли убитыми более полусотни человек, и отряд отступил к селу Кременское.
Историки считают данное сражение попыткой французов пробиться в сторону Калуги. При этом основная часть Великой армии направляется в сторону Вереи и считается, что после данного сражения Наполеон окончательно решил, что калужское направление полностью блокировано русской армией. Тем не менее, можно ли считать отряд Тышкевича и его действия под Медынью полноценной войсковой операцией по прорыву? Слишком невелики были его силы. Кроме того, еще в ходе совета в Городне Бонапарт отверг предложение Мюрата о прорыве на Калугу с остатками кавалерии и гвардии, ответив: «Мы и так довольно совершили для славы. Пришло время думать только о спасении оставшейся армии».
Возникает вопрос, а не была ли данная операция организована для прикрытия еще одной, связанной как раз с сокрытием некоторой части ценностей? Ведь Наполеон Бонапарт планировал сразу после завершения зимы, в 1813-м году, завершить разгром русской армии. И для мобильности войск вполне имело смысл облегчить часть груза. Получается, что следы «клада Наполеона» могут оказаться там, кто их никто и никогда не искал – между Вереей и Медынью. Конечно, это только версия, которая требует тщательной проверки, однако она может дать некоторые ключи к раскрытию данной исторической загадки.