На улице шел дождь, такой мелкий и плотный, что казалось будто тебя поставили на газон соседей и включили поливалку. А ты стоишь как вкопанный и только мокнешь и мокнешь. Капли текут как слезы по лицу, по ладоням, которые строчат очередное смс:
давай сделаем перерыв, я очень устал.
Он давно устал от ее истерик и нестабильного настроения. Он вообще считал, что она птица не его полета, но что-то внутри его держало рядом с ней вот уже второй год. Может он находил внутри нее то, чего не мог раскрыть в себе. А может наоборот, они были так похожи, что он невыносимо устал смотреть в свое отражение в ней.
В эту среду он не хотел домой, он после офиса отправился в бар пропустить пару стаканчиков, чтобы заглушить в себе эти чувства боли и разочарования, чувства сомнений, чувства, которые он и сам-то не мог внятно описать, но очень хотел их понять.
Все пальто промокло насквозь, когда он ввалился в камерный бар своих друзей. Внутри играла альтернатива, пару мужчин разговаривали за кружками пива в углу зала, а за барной стойкой сидела девушка и активно общалась с барменшей.
Он стряс с себя пальто, чтобы капли не попали на его толстовку и воротник рубашки, как шаман, который вызывает смерч или тот самый дождь, под которым он промок.
Мог бы вызвать что посильнее, чтобы меня смыло к чертям, - подумал он.
-Привееееет, дружище! - громко, прорываясь через музыку сказал Кэрри.
Кэрри был владельцем и мужем Кэти, о которой упомянуто ранее (та барменша). Он был большим весельчаком, большим в прямом смысле слова. Его плечи были метра два не меньше! Он любил качаться и пиво, любил слушать LP и Селену Гомес, поэтому какой репертуар ты встретишь в баре оставалось только догадываться.
-Привет, есть светлый Эль? - перевалившись через стойку с протянутой рукой, вывалил Джорж.
Джорж наш герой, главный герой. Он работает айтишником, поэтому вы с трудом заметите его в толпе ребят. Он любит ходить в толстовках на замке и рубашках в клетку. Этот стиль ему очень подходит. А еще он никогда не расстается со своим рюкзаком! С трудом доверяя миру и живущей в нем неуверенности, он находит возможность защищать свою исколотую спину обычным рюкзаком. За редким исключением в нем что-то лежит, но даже пустой рюкзак всегда висит на спине Джорджа.
-Чувак, Эль не советовал бы. Кега уже стоит несколько дней и выдохлась. Давай налью тебе Стаут, свежайшее! Готов оторвать от сердца свои любимые сырные шарики в паприке в подарок. Что скажешь? - улыбаясь, с прищуром проорал Кэрри.
-Окэй, только сегодня понадобится много Стаута. Уверен, что после 3-ей кружки я готов уговорить и Эль, чтобы ты смог обновить его к пятнице.
-Договорились! - расхохотался Кэрри и начал открывать кран, подставив под него кружку.
______
Они часто приходили сюда вдвоем. Это было отправной точкой каждые выходные, по паре кружек крафтового пива и дальше в клуб или гулять до утра по улочкам города. Иногда они брали бутылку вина фужеры на баре и отправлялись на крышу одной из высоток в центре, чтобы посмотреть на яркие звезды и придумать новые названия созвездиям.
Должно быть он любил ее, но чувствовал себя не на своем месте. Не полным. Каким-то разбитым и вынужденным из раза в раз разбираться в чем он опять не прав, и почему она начала плакать. Каждый месяц она меняла цвет волос, сегодня на ней был малиновый. Да, прям как в Вечном сиянии чистого разума.
-Черт, - поймал он себя на мысли, - да я же как Джимм. Вот бы мне взять и все изменить. Стереть и забыть.
В носу появился острый запах сыра с паприкой и руки сами потянулись в тарелку, чтобы закинуть шарик и запить пивом, потому что острота выходила за рамки дозволенного!
-Извините! Простите! - начала разговор девушка, сидевшая рядом за баром. Она была совсем не в его вкусе. Высокая, с кривоватым носом и неподходящим ей макияжем. На ней была короткая юбка и плотные черные колготки, а на ногах высокие красные конверсы.
-Извините, вы могли бы поделиться со мной сырными шариками? Обожаю их, а Кэрри уверил меня, что в меню их сегодня нет. - закатив глаза выдала она это со скоростью пулемета.
-Ээээм,да. конечно, угощайтесь! - медленно, как подтаявшая нуга сказал он, даже не поворачиваясь к ней. Он пододвинул ей чашку и сам вновь погрузился в воспоминания о ней... (продолжение следует)