Сосуществование с нашей грустью
Мы созданы, чтобы стремиться к вещам, от которых чувствуем себя хорошо, и отказаться от тех, от которых чувствуем себя плохо. Вообще говоря, речь идет о выживании. Грусть — одно из таких «плохих» чувств; мы отпрянем от этого. И все же это определение не столько основано на врожденном качестве эмоции, сколько на нашей коварной вере в то, что грусть сама по себе вредна.
Конечно, грусть неприятное переживание - с психологической точки зрения она классифицируется как «негативная» эмоция. Однако мы не простые существа, и наши первичные побуждения тоже не так просты; поэтому часто необходимо идти против наших основных инстинктов — отойти от удовольствия (как в случае зависимости) и двигаться к боли (как в исцелении).
В исцелении от потери игнорирование и противодействие нашей грусти только направят ее глубже в нашу психику и наши тела. Одна вещь, которую мы знаем наверняка, это то, что, когда мы не в состоянии признать наши чувства, они все равно продолжают влиять на нас — влияя на наши мысли, наши эмоции и принятие решений ниже уровня нашего сознательного осознания.
Одной из самых больших проблем, связанных с идеей преодоления потери, является значение и последующее ожидание того, что наша печаль длится всю жизнь. Постепенно сужающаяся временная шкала, где после определенного момента объем нашего горя достиг конечного базового уровня — нуля.
В зависимости от наших уникальных потерь и нашей личности приемлемая продолжительность жизни может составлять год, два, три, четыре. Но в какой-то момент, когда время идет, мы обратимся к нашей грусти и спросим, почему она все еще сидит с нами.
Мы начнем говорить себе, что это «слишком долго». Однако, как бы мы ни старались, мы не можем заставить уйти грусть, поэтому мы делаем единственное, что можем: отвлечься от грусти, которая остается в наших телах.
Мы не можем «исправить» нашу грусть. И нам это не нужно.
Мы можем исправить наши тела: мы можем отдать почку, если в ней кто-то нуждается или остановить заражение антибиотиками. Но как насчет нашей грусти перед лицом потери? Как мы можем это исправить?
Когда нам грустно, мы не сломлены. Мы страдаем, а это другое.
Грусть — это нормальный ответ на переживание утраты.
Тем не менее, в культуре, одержимой исправлением того, что сломано, идея «преодолеть это» начинает проникать в необработанность нашего опыта и разбавляет поучительную, трагическую красоту жизни с потерей.
Создание пространства для нашей грусти
Это говорит о нашем дискомфорте с двусмысленностью и парадоксом, особенно в сфере наших эмоций. Мы цепляемся за отдельные "ящики"; мы стремимся к четкому «я за это» против «я все еще страдаю». Таких порогов не существует ни в жизни, ни в любви.
Скорее, две противоположные, казалось бы, противоречивые эмоции сосуществуют: я в порядке, а также я страдаю. Мы должны дать себе разрешение быть теми сложными и противоречивыми существами, какими мы являемся, если мы хотим быть полностью людьми.
Исцеление — это не прямая, а волна. Это органическое, извилистое. Оно не всегда движется в одном направлении с одной энергией. Но самое главное, что оно движется — если мы позволим.
Когда мы потеряли, мы должны научиться жить бок о бок со своей грустью. Попытка выключить это отключит все. Есть только один путь, по которому эмоции в теле проникают в сознание ума; радость, печаль, разочарование, мир — все они путешествуют по одному и тому же пути.
Альтернативных маршрутов нет. Вот почему, когда мы судим о нашей печали и отталкиваем ее, мы неизбежно отталкиваем и нашу радость.
Вместо того, чтобы тратить нашу энергию на безнадежное искоренение грусти, мы должны создать для этого дом. Место, где можно жить.
Мы не можем реально контролировать это, так же как мы не контролируем нашу радость. Конечно, мы не можем структурировать нашу жизнь вокруг этого, но мы можем создать пространство в нашей жизни, чтобы оно сосуществовало.
Место его отдыха находится в том же сладком месте, что и наша глубокая радость и благодарность. Иногда я говорю себе: «Моя грусть — это тоже человек». Вот как я об этом думаю. И в этой мысли возникает уважение к ней.
Вам не нужно преодолевать свою грусть. Это не мера вашего исцеления. Мера исцеления заключается в отношениях между вами и вашей грустью. Вам не нужно дружить с ней, но вы должны научиться тому, как позволить ей жить в вас, уважать ее право быть там, даже если вы уважаете свое желание, что это не так.
Это не маленький подвиг. Это самая сильная и смелая вещь, которую вы когда-либо будете делать, - жить в этой дихотомии. Обитать в этом пространстве.
Пусть это будет мерой вашего исцеления.