Если кому-то ошибочно кажется, что он живет в России, то это не так. Без малого два десятка лет Россия являет собой аналог некой Малой Америки. Малая Америка, если и похожа на Бруклин с его русской Америкой в виде района Брайтон Бич, что разве тем, что многие люди стали готовы догнать за доллар зайца в лесу. Или, как говорила героиня известного романа, доползти на карачках за рубль из центра Петербурга до Васильевского острова. Но на деле все обстоит намного серьезней. И исправить положение, в котором оказалась современная Россия не в силах ни одна из ее партий, включая правящую. Но, если Россия избрала в качестве экономической и обществе-политической модели ведущую страну капиталистического мира – США, то и преодолевать имущественное неравенство, в котором оказались ее жители, следует по американскому образцу. Кто-то уже смог догадаться, что речь пойдет о борьбе американских профсоюзах за права и свободы своих членов.
Итак, начало профсоюзного движения в США следует, по мнению автора, относить к 1877 году. К моменту казни горняков одной из шахт в Пенсильвании, незаслуженно обвиненных в причастности к мифической террористической организации «Молли Магуайерс». Голливуд даже снял фильм с таким названием с Шоном Коннери в главной роли. К слову сказать, все казненные были ирландцы. В ответ на это на американских шахтах стали создаваться первичные цеховые профсоюзные организации. Со временем все они слились в Американскую Федерацию Труда – АФТ, а затем был создан Конгресс Профессиональных Профсоюзов - КПП. Не цеховых, не отраслевых и не свободных, а именно профессиональных. Специалисты разницу сразу поймут. Главной победой КПП можно считать закон Вагнера, принятый в период президентства Франклина Рузвельта, и запрещавший главам фирм, вне зависимости от величины их оборотного капитала и сферы деятельности, принимать на рабочие специальности людей без согласования с профсоюзом. Разумеется, что при таком подходе к делу, коллективный договор заключался с владельцем фирмы выборным органом в форме профсоюзного комитета. В законе Вагнера очень много интересного. Например, владелец фирмы не мог финансировать профсоюз своего предприятия, чтобы не мог возникнуть так называемый «компанейский союз». В случае нарушения одного из пунктов коллективного договора профсоюз оставлял за собой право объявить забастовку. В том числе, ставшие очень популярной с США, «забастовку скрещенных рук». Рабочие занимали свои рабочие места, но станки или конвейер не включали. При этом погодные условия их не пугали, а полиция не могла просто так ворваться в цеха, так как этого не допустил бы сам хозяин фирмы, опасаясь за свое дорогостоящее оборудование.
Пункт 7А закона Вагнера действует до сего дня в некоторых штатах США. И не правы те, кто считает, что, вынося свои предприятия за границу, владельцы фирм в США имеют в виду дешевизну рабочей силы. Дешевизна рабочей силы впрямую связана с отсутствием организаций, защищающих интересы и права рабочих. И владельцы фирм в США, вдоволь намучившись со своими профсоюзами, никогда не перенесут свои фирмы в страны, где такое же движение хорошо развито. Или для начала они там такое движение попытаются разрушать. Раз со своим профсоюзами им этого сделать не удалось. Существует много иных путей обмануть рабочих. Например, через взятие банковских кредитов или липового инвестирования, но взять и просто так понизить рабочим заработную плату не один хозяин формы в США не может, ибо знает, чем ему это грозит. И только в случае, если фирме грозит крах, ее владелец, представив профсоюзу все доказательства, может понизить заработную плату рабочих на время выхода из кризиса. Те же меры предусмотрены на случай ведения Америкой войны. Любая война выгодна в первую очередь людям с Уолл-стрит. Правы были президенты США, которые говорили, что, если люди с Уолл-стрит сумеет протиснуться в Конгресс, это станет закатом США. Но и в этом современная Россия мало чем отличается от США. Люди с Уолл-стрит сумели протиснуться в американский Конгресс в 1943 году, а в нашем «конгрессе» миллионеров больше, чем в американском Сенате.