Режиссёр «Мальчишника в Вегасе» снял красивый и пугающий фильм.
Уже после премьеры в Венеции стало понятно, что «Джокер» Тодда Филлипса — кино спорное. Американские критики умудрились каким-то образом выдать о нём весь возможный спектор мнений— от «гениального зрелища» до чуть ли не главной творческой неудачи тандема Warner Bros. и DC (и это при живой «Лиге справедливости»).
То же самое касается и отношения журналистов к игре Хоакина Феникса — она либо вызывает восторг, либо резкое отторжение. Дошло до того, что актёра начали обвинять в его болезненной худобе — дескать, пытается въехать в сезон наград на чувстве жалости.
Как ни странно, неправых тут нет. Есть несогласные друг с другом. И это в стиле Джокера.
В первые минуты фильма может показаться, что Тодд Филлипс нарушает каноны и действительно в подробностях рассказывает о становлении Джокера, но это не совсем так. Режиссёру «Мальчишника в Вегасе» удалось нащупать тут практически идеальный баланс. В «Джокере» у злодея вроде бы есть биография, за которой интересно следить, но чем дальше развивается сюжет, тем сложнее отличить выдумку от реальности.
Было ли в «Джокере» настоящим хоть что-то? Было ли настоящим всё? На эти вопросы ответить сложнее, чем может показаться на первый взгляд. Но в данном случае это неважно. Фильм Тодда Филлипса — это не «сон собаки», просто главный герой в нём формируется по большей части на метафизическом уровне. На протяжении двух часов экранного времени Артур Флек постепенно теряет все контакты с реальностью — от друзей и красотки из соседней квартиры до казённого психолога и телеведущего вечернего шоу, которое он любил смотреть с мамой.
До выхода «Джокера» в прокат Warner Bros. всеми правдами и неправдами пыталась доказать, что не романтизирует героя и не одобряет его действия, но тут у студии с режиссёром фильма явно наметились расхождения. Как раз на днях Тодд Филлипс заявил, что «Джокер» — это порождение мира, в котором борцы за политкорректность практически уничтожили юмор. И поэтому автор «Мальчишника в Вегасе» снял мрачнейшую драму, где на два часа есть ровно две шутки — и обе про то, что карлики маленькие.
Филлипс явно симпатизирует своему герою — это видно даже по тому, как камера в «Джокере» практически ласкает Хоакина Феникса, выхватывая мельчайшие черты его тела и синхронизируясь с его движениями под тревожную струнную музыку композитора «Чернобыля». В ненависти такое снять решительно невозможно — тут явно любовь. Да и в сюжете фильма Джокер предстаёт в роли комика, который хотел смеяться над другими, но остался непонятым — чем не Филлипс в его текущей ипостаси.
Собственно, отсюда и все недовольства в адрес «Джокера». Тодд Филлипс поднимает в своём фильме вопросы свободы самовыражения и классового неравенства, которое сейчас одинаково заметно и в США и в России, но не даёт на них никаких ответов. А если ответов нет, то о чём тогда «Джокер»? Это фильм-угроза? Фильм-предупреждение о том, что наше общество однажды будет настолько разрозненным, что даже безумный психопат сможет стать иконой?
После просмотра «Джокера» не отпускает ощущение, что картина очень сильно понравилась бы её главному герою. В ней действительно есть нечто по-настоящему злодейское. Фильм, чтобы там ни говорили в Warner Bros., превращает Джокера в подобие Робин Гуда, который выступает на стороне бедных против зажравшихся богачей — среди которых, конечно, есть и Томас Уэйн.
Недаром полиция крупных городов США усиленно готовилась к первым показам «Джокера». Во время сеанса иногда хочется с тревогой осмотреться вокруг и проверить, нет ли в зале мужчины средних лет с пятью кредитами, который со злобной ухмылкой достаёт из рюкзака самодельную бомбу, потому что ему уже на всё плевать.
Если судить с чисто эстетической точки зрения, то «Джокер» — это феноменально красивое кино, любовное послание к раннему Скорсезе, которое неожиданно родилось из комиксов DC, и пиршество безупречной эстетики, которую в последнюю очередь ждёшь от студийного кино.
Но по смыслу «Джокер» — не столько история или законченное высказывание, сколько угрожающий замах топора или зажжённый фитиль бомбы. Это ощущение на удивление удачно резонирует с характером главного героя. И только вы сами можете решить — гениально это или отвратительно.