Совпадения в поиске неслучайны. Я всегда говорю: «солдаты возвращаются к тем, кто их ждёт». Как ещё можно объяснить то, что мы за сутки нашли родственников бойца, благодаря случайной заметке в газете 9—летней давности...
А началось все месяц назад. Людмила Бородачева предложила проверить местечко под Керестью. Местные сказали, что случайно наткнулись там на советское захоронение. На разведку вызвались 6 человек: Борода с Фунтиком, Макс Жданов, который взял жену на боевое крещение, Бичико и Лёха Муратов.
О самом раскопе я уже рассказывал подробно. Сегодня не об этом. Данные о солдате из медальона были скудные. Заполнял не он, поэтому неточностей хватало. То ли Григоренко, то ли Григорченко, дата 13.01.1942 - смерти или заполнения медальона, жена - Вера Ивановна, место жительства - некий Кишим, которого и в природе не существовало.
Стали крутить по архивам. Единственная запись - в Книге Памяти Тюменской области. Отчество другое - Уманович, в остальном совпадает - Ишим, Почтовая, 43. Несуществующий ныне адрес. Надежд мало, но к вечеру закинули в соцсети.
Утром пишет Серафим Берестов: «Ты комменты читать будешь?» Его «Солдатский храм» - популярная группа среди наших. Среди тех, кто копает, а не рисуется на всевозможных «фронтах» и прочих поисковых шабашах. Открываю. Читательница «храма» Татьяна Копнина скинула статью. Там больше об улице Почтовой, которую переименовали в Рокоссовского, но... интервью с Анной Афанасьевной, в девичестве ГРИГОРЕНКО! Более того, она живет в доме номер 43, рассказывает о своей бабушке Вере Ивановне и ее сыне Дмитрие, который погиб на войне. Слезы от этой истории:
«Четыре человека из семьи Григорченко участвовали в боях за Родину; один из них, Дмитрий, погиб. Драматичен рассказ о том, как семья узнала о его гибели. В дом принесли два перевода. Один из них мать узнала по почерку: 200 рублей выслал отец. Бланк второго перевода был заполнен чужой рукой, но адресован тоже матери. Она пошла на почту, вернулась скоро. Была в недоумении: почему так странно смотрели на неё работники почты, переглядывались, перешептывались. Аня, как старшая дочь, взяла карточку в руки и прочитала запись с обратной стороны. Там сообщалось, что Григорченко Дмитрий Ульянович погиб под Ленинградом, в его кармане нашли капсулу с адресом сестры и пересылают матери 200 рублей, найденные в кармане солдата. Как об этом сказать бабушке? Долго не решались, наконец, сообщили о том, от кого перевод. «Я так и знала, что сынок позаботится обо мне», – сказала она. Когда же сказали правду, плач в этом доме не утихал несколько дней. Бабушка не перенесла смерти сына и вскоре умерла. Вечная ей память!»
Сердце колотится, раскидываем историю по всем возможным пабликам Ишима, пишем в редакцию Ишимской правды. Автор статьи, к сожалению, умерла. Но к вечеру сразу несколько человек пишут в личку: «Анна Афанасьевна жива, мы ее родственники!»
Возможно ли описать словами нашу радость? Созвонились. Оказалось, что даже дом сохранился, откуда солдат уходил на войну. Вот как получается! Столько несовпадений в официальных документах, а помогли случайности. Однополчане заполнили медальон за погибшего замполитрука, а 9 лет назад корреспондент решил написать заметку о несуществующей улице Почтовая.