Утром было ощущение, что меня переехал асфальтовый каток. Да еще несколько раз. Болело все. С кровати я скатывалась медленно и боком. Спасибо, что из реанимации в палату меня увезли на кресле – сама бы не дошла. Поскольку палата предполагала совместное нахождение матери и ребенка, то я, наивное создание, так и думала – привезут мне дочку, и будем мы с ней знакомиться. Не тут-то было. Привозили ее по расписание, на кормление. Молока у меня не было, поэтому привозили ее уже сытую и спящую. Я сидела, у недоумении таращилась на серьезное лицо ребенка и тупила. Может, нужно какие-то манипуляции совершать? Перепеленать там, подгузник проверить… так нет, персонал все сделал. Угулюкать? Так спит вон как основательно, с чувством выполненного долга, мои угулюки и не нужны. В общем, меня хватило на полтора дня, потом я взбесилась и попросила оставить ее у меня в палате насовсем. И тут началось! При первом же пробуждении дочери я забыла и про боль в животе, и про то, что я хожу, согнувшись в три п