Собственное, в этот день я и стала матерью. Биологически и физиологически. В части пробуждения материнского инстинкта моя персональная программа где-то дала сбой, но об этом после.
Итак, все по порядку.
Поскольку мне предстояло плановое кесарево сечение, то в роддом меня положили прямо накануне дня Х. Сделали все положенные обследования и отправили в палату – готовься, мол.
А чего готовится-то? Я с аппетитом умяла припасенную шоколадку и с упоением ушла в увлекательный мир социальных сетей.
Утро началось рано и голодно, хорошо хоть ждать пришлось недолго, увезли в операционную. Анестезиолог говорит:
- Сиди, не дергайся, укол тебе в спину будем ставить сейчас.
И вот тут меня накрыло паникой, да так, что захотелось, как в тех фильмах, оторвать от себя все проводки и трубочки и убежать в закат. Ну или в рассвет, поскольку утро на дворе. И вообще убежать.
Остановило только осознание того, что мое девятимесячное пузо само собой не рассосется. Вдохнула-выдохнула, зубы стиснула, эх, колите, была-не была!
После этого ноги стали жить отдельной от меня жизнью, их укладывали, поправляли, а я смотрела на них с удивлением – вроде ж мои, вон чулки белые, чудесные, компрессионные на них, сама утром надевала, а не чувствую.
Потом пузо мое загородили ширмочкой, и начали колдовать.
Поскольку эпидуральная анестезия дело сильное, мы успели потрындеть с анестезиологом за жизнь, на заднем фоне Татьяна Овсиенко поет песни моего детства… красота!
И тут куда-то мне под ребра врач КАК залезет, как там что-то повернет и потянет! и чей-то чужой и одновременно знакомый голос КАК недовольно закряхтит!
Пока я соображала, откуда мне голос знаком, мне уже показали красного младенца с недовольным выражением лица. Будешь тут недовольным, конечно, спала, никого не трогала, а тут тащат на свет, рассматривают, оценки ставят.
- Смотрите, мамочка, какая красавица!
Ээээ…ну да…волосы есть, ресницы вон длинные…Но никакого мимими при этом я не испытала. Подруга, например, плакала от счастья прямо на столе, когда дочку в первый раз увидела, меня же как-то не зацепило. Так сказать, естественное и правильное развитие событий, какое тут мимими.
Показав мне ребенка еще раз, уже умытого и укутанного с головой в клетчатое верблюжье одеяло, врачи занялись накладыванием мне швов, потом укатили в реанимацию.
В реанимации мне лежалось просто отлично – анестезия не отошла еще, поэтому ничего не болело, и можно было переписываться со всеми причастными к этому событию.
Единственное – очень хотелось есть, и я с нежностью вспоминала вчерашнюю шоколадку…