Лукин читал переписку Марины с какой-то Катюшей.
Марина.
- Катя, зачем ты ему рассказала о ребёнке?
Катюша.
- А что я должна была ему сказать, если он прямо в лоб спросил, что с ребёнком?
Марина.
- Но ты могла бы ничего не говорить. Или сказать, что ничего не знаешь.
Катюша.
- Блин, да что тут такого? Ну сказала и сказала. Надо ему такой ребёнок. Ты сама то его тайно навещаешь. Совесть поди мучает?
Марина.
- Ну зачем ты так? Ты же прекрасно знаешь почему я это сделала.
Катюша.
- Ой, прекрати ты на жалость давить. Уже столько лет прошло. А ты до сих пор боишься признаться Ивану. А сказала бы, глядишь и совесть была чиста. И может этому инвалиду счастье улыбнулось.
Марина.
- Не думала, что ты такая жестокая.
Катюша.
- Я смотрю ты у нас праведница.
"Интересно получается. У Марины имеется какая-то тайна, связанная с ребёнком. Но это ребёнок не Ивана, потому что он о нём не знает.
Катюша, с которой до этого момента, были тёплые отношения, резко поменяла тон. Надо узнать, кто такая Катюша",- думал Лукин.
Протасова Екатерина Дмитриевна, 40 лет, замужем за майором Протасовым Никитой Ивановичем. Живёт в Южно-Сахалинске.
- Ох ты ж, в какую даль придется лететь,- присвистнул Лукин.
Сахалин встретил следователя из Москвы промозглым ветром, и холодным дождём.
Лукин, натянув капюшон, и прижав к себе папку, спешил в местное УВД.
На следующий день, Протасова Екатерина Дмитриевна, сидела в кабинете следователя.
- Какие отношения вас связывают с Тереховой Мариной Георгиевной?
- Мы были подругами.
- Почему были? Вы уже не подруги?
- Ну зачем же придираться к словам. Я оговорилась, мы близкие подруги.
Лукин заметил, что Екатерина нервно теребила платок, и старалась не смотреть ему в глаза.
- Вы знаете, что ваша подруга покончила жизнь самоубийством?
- Как? Вы шутите? Не может этого быть?
- Вот и я думаю, что не может. Её убили, и я это пытаюсь доказать.
- Убили? Кто? Зачем?
- Что вы знаете о прошлом Марины?
- А что именно вас интересует?
- Кто такой Е? И что вы знаете о ребёнке, о котором не знает муж Марины?
Екатерина побледнела, и посмотрела Лукину прямо в глаза.
- Откуда вы знаете?
- Вы наверно забыли кто я?
Некоторое время Екатерина молчала, её руки заметно дрожали.
- Она отказалась от ребёнка. Понимаете, она мать, бросила своего ребёнка. Ну и что, что он от того, кто насиловал её. Но ведь это и её ребёнок. Я не осуждала, но мне было неприятно это знать. Тем более ребёнок родился с отклонениями, и никто бы такого не усыновил.
- Вы следили за жизнью ребенка?
- Не то, чтобы следила, но у меня знакомая в органах опеки. Через неё я и знала, что мальчика определили в детский дом, где живут дети-инвалиды. По иронии судьбы его назвали Егором.
Екатерина попросила стакан воды.
- Кто такой Е?
- Это Егор. В юности Марина была в него влюблена, но он подло с ней поступил. Ребёнок, от которого Марина отказалась, от него.
- Вы с ним виделись?
- Случайно встретились в Москве.
- Вы рассказали ему про ребёнка?
- Ну а как я могла не рассказать? Он спросил, я сказала. Дала адрес детского дома. Пусть хоть у пацана отец будет, если матери он не нужен.
- Но ведь Марина посещала сына.
- Да разве это посещения. Приезжала пару раз в год, с подарками для детского дома. А на сына издалека смотрела.
Итак, круг подозреваемых сужается.
Екатерина вполне могла писать письма. Очень заметно, что она не благоволила к подруге.
Егор, узнав, что Марина отказалась от больного ребёнка, мог разозлиться, и доводить бывшую подругу.
Егор-младший, пока под вопросом.