Глаза лепестками опавших цветов пребывают в безудержном танце: Яблоки белых костей наливаются красным. Сопредельные руки, допуская контроль, содрогаются в марше. Пальцы — правила травм внутренних органов. В противогазе веселиться любовным рвотным трепетом, — Солнечно-душным зайчиком в пустой комнате. Бело-судорожно разрываясь металлическим скрежетом, Бессильно мертво каждое пленное тело. Волосы режущих вен в прозрачном небе кипящих снов, Тихий внизу, высокий, болью глотаемый страх. Наедине со мной остался он — триединый я, система и автомат.