Пять городов Филистимских жили торговлей и ремеслами. Израиль пахал землю и пас скот.
В редкие годы мира, два народа взаимодействовали. Но когда Израиль ослабевал, Филистимляне тут же собирали войско и шли разорять соседей.
Царь Саул, после первых громких побед, впал в депрессию. По совету своих слуг он пригласил в свою свиту юного Давида, который игрой на арфе успокаивал нервы правителя.
Филистимляне воспользовались бездействием царя и выступили с войском для очередного набега.
«Саул и Израильтяне собрались и расположились станом в долине дуба и приготовились к войне против Филистимлян. И стали Филистимляне на горе с одной стороны, и Израильтяне на горе с другой стороны, а между ними была долина». (1Цар.17:2-3).
Такие стояния военных отрядов не редкость во всемирной истории войн, особенно во времена, предшествовавшие изобретению пороха.
Нападающая сторона всегда оказывается в менее выгодном положении, поэтому войска стоят, выжидая счастливого случая.
На этот раз у Филистимлян был «козырь в рукаве»: богатырь «Голиаф из Гефа; ростом он - шести локтей и пяди. Медный шлем на голове его; и одет он был в чешуйчатую броню, и вес брони его - пять тысяч сиклей меди; медные наколенники на ногах его, и медный щит за плечами его; и древко копья его, как навой у ткачей; а самое копье его в шестьсот сиклей железа, и пред ним шел оруженосец». (1Цар.17:3-7).
Локоть равнялся, приблизительно, 400 см, пядь - 200 см. Один сикль - чуть больше 11 гр., но и без точных подсчетов понятно, что Голиаф был на голову выше остальных солдат. А в Израильском войске единственный, «кто от плеч своих выше всего народа», - это царь Саул. (1Цар.11:23). Но он выходить на поединок не собирался.
Голиаф «кричал к полкам Израильским:... зачем вышли вы воевать? Не Филистимлянин ли я, а вы рабы Сауловы? Выберите у себя человека, и пусть сойдет ко мне». (1Цар.17:8).
Дождались Израильтяне: выпросили себе Царя, чтобы быть как другие народы, а стали посмешищем в глазах Филистимлян, свободных граждан свободных городов.
«Если он может сразиться со мною и убьет меня, то мы будем вашими рабами; если же я одолею его и убью его, то вы будете нашими рабами и будете служить нам». (1Цар.17:9).
«Психическая атака» Филистимлян удалась.
«И услышали Саул и все Израильтяне эти слова Филистимлянина, и очень испугались и ужаснулись... И выступал Филистимлянин тот утром и вечером и выставлял себя сорок дней». (1Цар.17:11,16).
Каждое колено, каждый род и каждый дом должны были выделить часть своих людей для пополнения войска. От дома Иесея, отца Давида, человека почтенного, «старшего между мужами», «три старших сына...пошли с Саулом на войну:.. Елиав,..Аминадав, и... Самма, а Давид возвратился от Саула, чтобы пасти овец отца своего в Вифлееме». (1Цар.17:12-15).
Прошло уже сорок дней, как они ушли на войну, старик отец извелся от тревоги.
«И сказал Иессей Давиду, сыну своему: возьми для братьев своих ефу сушеных зерен и десять этих хлебов и отнеси поскорее в стан к твоим братьям; а эти десять сыров отнеси тысяченачальнику и наведайся о здоровье братьев и узнай о нуждах их». (1Цар.17:17-18).
Тысяченачальник, получив десять сыров, тогда как сыновьям полагались только сушеные зерна и десять хлебов, должен был позаботиться о детях Иесея. Мудрый старик рассудил: лучше пусть сыновья не доедают, чем рискуют жизнью.
«И встал Давид рано утром, и поручил овец сторожу, и, взяв ношу, пошел, как приказал ему Иессей, и пришел к обозу, когда войско выведено было в строй и с криком готовилось к сражению. И расположили Израильтяне и Филистимляне строй против строя. Давид оставил свою ношу обозному сторожу и побежал в ряды и, придя, спросил братьев своих о здоровье. И вот, когда он разговаривал с ними,.. Голиаф,.. выступает из рядов Филистимских и говорит те слова, и Давид услышал их». (1Цар.17:20-23).
Давид расспросил людей и узнал, что все боятся этого великана, который проклинает Израиль, и «если бы кто убил его, одарил бы того царь великим богатством, и дочь свою выдал бы за него, и дом отца его сделал бы свободным в Израиле». (1Цар.17:25).
«Свободным», надо полагать, от податей и повинностей.
Елиав, услышав, что Давид разговаривает с людьми, рассердился, «и сказал: зачем ты сюда пришел и на кого оставил немногих овец тех в пустыне? Я знаю высокомерие твое и дурное сердце твое, ты пришел посмотреть на сражение». (1Цар.17:28).
Елиав не простил младшему брату чести, оказанной тому пророком Самуилом. Первый сын и восьмой. Между ними наверняка большая разница в возрасте. Елиав предстает человеком ревнивым и несправедливым. Меньше всего Давида можно назвать высокомерным, а сердце его - дурным. Бог, явно, смотрел на Давида по-другому.
«Как хорошо и как приятно жить братьям вместе! Это - как драгоценный елей на голове, стекающий на бороду, бороду Ааронову, стекающий на края одежды его; как роса Ермонская, сходящая на горы Сионские, ибо там заповедал Господь благословение и жизнь навеки». (Пс.132)
«И сказал Давид: что же я сделал? не слова ли это? И отворотился от него к другому и говорил те же слова, и отвечал ему народ по-прежнему. (1Цар.17:29-30).
Давид, хорошо зная нрав своего старшего брата, тем не менее, нимало не испугался его, Главное для Давида - чувство собственной правоты.
Саулу доложили, что нашелся смельчак, готовый выйти против Голиафа.
«И тот призвал его. И сказал Давид Саулу: пусть никто не падает духом из-за него; раб твой пойдет и сразится с этим Филистимлянином. И сказал Саул Давиду: не можешь ты идти против этого Филистимлянина,.. ибо ты еще юноша, а он воин от юности своей. И сказал Давид:.. раб твой пас овец у отца своего, и когда, бывало, приходил лев или медведь и уносил овцу из стада, то я гнался за ним и нападал на него и отнимал из пасти его; а если он бросался на меня, то я брал его за космы и поражал его и умерщвлял его; и льва и медведя убивал раб твой, и с этим Филистимлянином необрезанным будет то же, что с ними, потому что так поносит воинство Бога живаго… Господь, Который избавлял меня от льва и медведя, избавит меня и от руки этого Филистимлянина». (1Цар.17:3137).
Пастухи, как правило, люди смелые, рассудительные и выносливые. Стада перегонялись на отдаленные пастбища, рассчитывать, в случае нападения зверей или человека, приходилось на себя, да на собак.
«И сказал Саул Давиду: иди, и да будет Господь с тобою. (1Цар.17:37).
Саул отдал Давиду царские доспехи и свой меч. Давид облачился во все это тяжелое великолепие и понял, что лишился ловкости и быстроты, которые и были теми качествами, которые позволяли ему сражаться с дикими зверями.
«И снял Давид все это с себя. И взял посох свой в руку свою, и выбрал себе пять гладких камней из ручья, и положил их в пастушескую сумку, которая была с ним;.. и выступил против Филистимлянина». (1Цар.17:39-40).
Первый порыв отваги побуждает смельчака действовать импульсивно, и не всегда обдуманно, но Давид не теряет рассудительности. Его действия продуманны. Он готов к сражению.
«Выступил и Филистимлянин,.. и, увидев Давида, с презрением посмотрел на него, ибо он был молод, белокур и красив лицем. И сказал Филистимлянин Давиду: что ты идешь на меня с палкою и с камнями, разве я собака? И сказал Давид: нет, но хуже собаки. И проклял Филистимлянин Давида своими богами… Давид отвечал:... ты идешь против меня с мечом и копьем и щитом, а я иду против тебя во имя Господа Саваофа, Бога воинств Израильских, которые ты поносил; ныне предаст тебя Господь в руку мою, и я убью тебя,.. и узнает вся земля, что есть Бог в Израиле;.. что не мечом и копьем спасает Господь, ибо это война Господа, и Он предаст вас в руки наши… И опустил Давид руку свою в сумку и взял оттуда камень, и бросил из пращи и поразил Филистимлянина в лоб, так что камень вонзился в лоб его, и он упал лицем на землю… Тогда Давид подбежал и, наступив на Филистимлянина, взял меч его и вынул его из ножен, ударил его и отсек им голову его». (1Цар.17:41-49).
Гибель Голиафа воодушевила Израильтян и повергла в панику Филистимлян. Результат закономерен: врага гнали аж до Гефа и до Аккарона, то есть до границ Филистимских.
Саул спросил у своего двоюродного брата Авенира: «чей сын этот юноша?»
Может, не узнал своего бывшего музыканта, или забыл из какого он рода.
Спросили Давида. «И отвечал Давид: сын раба твоего Иессея из Вифлеема.
Когда кончил Давид разговор с Саулом, душа Ионафана прилепилась к душе его, и полюбил его Ионафан, как свою душу». (1Цар.17:58,18:1).
Саул принял Давида в свою свиту, а Ионафан отдал ему свою одежду, меч, лук и пояс.
С этого дня судьбы Саула и Давида переплетаются самым драматичным образом.
«Когда они шли, при возвращении Давида с победы над Филистимлянином, то женщины из всех городов Израильских выходили навстречу Саулу царю с пением и плясками, с торжественными тимпанами и с кимвалами. И восклицали игравшие женщины, говоря: Саул победил тысячи, а Давид — десятки тысяч!
И Саул сильно огорчился, и неприятно было ему это слово, и он сказал: Давиду дали десятки тысяч, а мне тысячи; ему недостает только царства.
И с того дня и потом подозрительно смотрел Саул на Давида». (1Цар.18:6-9).
«...если в вашем сердце вы имеете горькую зависть и сварливость, то не хвалитесь и не лгите на истину. Это не есть мудрость, нисходящая свыше, но земная, душевная, бесовская, ибо где зависть и сварливость, там неустройство и все худое». (Иакова 3:14-16).