Чужие письма читать не хорошо, даже отвратительно. Но, наверное, не всегда, иногда в чужой переписке можно узнать много полезного, ведь не зря даже книги издаются переписки великих людей или письма с фронта. Есть в этом эпистолярном жанре какой-то скрытый смысл, потаённая мудрость. Сегодня мы почти не пишем письма на бумаге, email вытеснил письма в конвертах. Но иногда люди все-таки делают comeback в прошлое и выводят буквы на бумаге, доверяя их почте...
Недавно я поменял одну съемную квартиру на другую, обстоятельства так сложились. Квартира хорошая, хозяин адекватный, в общем все хорошо. Но однажды из почтового ящика я достал письмо, не рекламный буклет, не заказное от банка. А настоящее бумажное письмо в конверте. На конверте не было ни индекса, ни обратного адреса, ни имени получателя – лишь адрес и пару слов «Бывшей любимой». У хозяина квартиры я спросил, кто снимал жилье до меня, он ответил, что пару лет назад снимала молодая студентка, но потом она съехала, он затеял ремонт и почти два года никому квартиру не сдавал. Дал мне телефон бывшей квартирантки – Даши, но абонент был заблокирован, ниточка оборвалась. Письмо передать было не кому и почему-то я решил его прочитать, а сейчас прочтете и вы, если конечно вас не остановит излишняя воспитанность. В письме нет ни одного имени - это скорее размышления, впрочем, решайте сами ниже текст этого короткого письма без адресата, орфография, абзацы и пунктуация сохранены.
Ночь. Гроза. Молнии –электрические разряды так восхищающие и пугающие. Мысли. Слова.
Ты боишься грозы и одиночества. Я люблю грозы, я одинок. Ты считаешь себя в праве, ты жестока. Я хочу равноправия и, наверное, тоже жесток.
В конце вспоминаешь начало. Начало. Я уже давно одинокий прожигающий жизнь двадцати семилетний ребенок. Ты страдающая без любви, потерявшаяся девятнадцатилетняя девчонка. Мы оба наслаждаемся своим одиночеством и упиваемся болью, потому что мы не можем быть одинокими. Мы похожи друг на друга, как две стороны одной медали. Это манит и пугает одновременно. Мы словно созданы друг для друга, нас притягивают наши слабости и наша боль. Мы питаем друг друга и становимся сильнее. И становясь сильнее, начинаем презирать себя слабых. Становится важным кто лучше, кто главнее. И уступать уже ни кто не хочет, и прощать тоже. Понимать и принимать друг друга, такими какими мы стали, не хочет никто – ни ты ни я.
Тебе нужна забота. Мне что бы меня слушали и слышали. Женщина должна быть любима и ей нужна забота. Но мужчина не может быть сильным и заботливым, если его презирают и не хотят понять. Если его не ценят и не поддерживают! Нет это я не могу если меня не любят, презирают и не ценят…
Я развил в тебе комплекс неполноценности. Ты считаешь себя дрянью, во всём виноватой.
Да, наверное, это моя вина. Я не ценил тебя, и не восхищался тобой вслух, прилюдно.
Но я считаю тебя очень красивой, сексуальной, умной и доброй. Доброй, умеющей понять и простить, но не меня. Увы, не меня. Ты искала восхищения и заботы у других. Не находя его со мной. Наверное, я сам виноват. Возможно. Но делая шаг к другому, в поисках того чего не сумел дать я… Ты делала шаг от меня. Ранив и предавая.
Доверие. Верность. Вера.
Я доверял тебе, и верил в тебя.
Теперь? Не знаю.
Тебя ранит то что ты не знала о моей бывшей, с которой я расстался за три года до встречи с тобой? Ранит? Я тебя разочаровываю? Я плохой? Я не честный?
Была ли ты во всем со мной честна? В том, что было до меня? В том, что было со мной?
Да? Нет?
Так почему это так тебе не понятно, почему непонятно то, что люди хотят быть лучше, чем они есть на самом деле? Ты так не делаешь? Ты готова обнажить всю свою сущность, особенно если она не идеальна?
Тебя обижает то, что я пью? Да я пью, я мразь. Я понимаю, что медленно спиваюсь. Я тоже слаб и мне тоже нужна забота и вера в меня. А веры в меня у тебя нет.
Да я не делаю, так как хочешь ты, но ты делаешь, так как ты хочешь.
Ты говоришь, что я не признаю свои ошибки, я не извиняюсь. Прости. Прости меня, за все: за пьяные дебоши, за не перспективность, за слабость, за о что не могу того, этого и всего остального. Прости. Прости, что я такой. Но я такой. Я слабый, и как я и говорил в самом начале, ты меня бросила. Только пожалуйста в следующий раз если ты с кем-то решишь расстаться скажи ему об этом первому. Ты же знаешь люди не любят быть идиотами.
А у тебя все будет хорошо. Поверь мне. Будет рано или поздно, но видимо уже без меня. И еще раз прости за всё.
Ночь. Гроза. Гром. Молния.
Сигареты. Мысли. Мысли.
Ночь. Insomnia.
Вот такое письмо. После прочтения мне стало безумно грустно, почему-то я стал вспоминать всех своих бывших. Но вспоминая их мне не было больно, на память приходили светлые моменты. А в письме, ну прямо боль. Я пытался представить её, его, но образы не складывались. Настроение испортилось. И я решил положить письмо обратно в конверт, но что-то мне мешало, лист бумаги, исписанный красивым убористым почерком, никак не хотел помещаться в конверт. Я заглянул во внутрь и заметил еще один небольшой лист вырванный из блокнота, достав его я обнаружил на нем стихотворение.
Жизнь как стекло крошится на осколки
От разных бед. От боли и потерь.
Жизнь словно бег – скорее даже гонки,
А может зал – куда забита дверь
Мы строим грёзы из вонючей грязи
И видим сны в кромешной темноте.
Забыв мечту в быту по уши вязнем
И ждем весны в промозглом ноябре.
Мы как тела мороженые в морге
Словно мечты, закованные в лед.
Мы как подснежник между зимних оргий,
Который ждет, когда весна придет.
Мы ждем весны салюта фейерверка.
И каждый хочет яркой вспышкой быть.
Хотим лететь – звездой, кометой, стрелкой,
Пускай сгореть, но миг тот не забыть.
Жизнь, как хрусталь – из трепетных осколков.
Мозаика дней, мгновений и часов.
Мы, блики в хрустале, мы солнечные ломки,
Мы капли звезд, мы дети звёздных снов…
Не знаю, как вам, а меня стихотворение зацепило. И я подумал женщины конечно стервы, но именно они рождают в поэтах вдохновение. Пусть часто это сопряжено с болью, но в муках рождается истина.
Такая вот история с чужим письмом, которое я прочитал и не жалею.
А что вы думаете по этому поводу? Жду ваших комментариев. Будьте счастливы и любимы. Всегда ваш, Graff O'Man.