Расположенный на берегу озера Онтарио, первый биеннале в Торонто предлагает посетителям возможность отдохнуть вдоль набережной и познакомиться с современными достопримечательностями.
Две галереи, в которых размещается большинство работ: здание инспекции стрелкового оружия в Миссиссауге, ОНН, и переоборудованный склад по адресу: бульвар озера Шор-Э, дом 259, расположенный рядом с гаванью.
Кураторы Кэндис Хопкинс и Тайроне Бастьен провокационно назвали биеннале The Shoreline Dilemma, ориентируясь на насущную проблему изменения климата. То, что попадает под определение “климата”, поскольку речь идет о выставках, простирается от материальной среды до социальной.
Избранные работы иллюстрируют, как ландшафт пересекается с социальной справедливостью, причем наиболее заметная проблема проявляется как требования деколонизации в буквальном смысле — передача земли обратно коренным народам, от которых она была оторвана, — и в метафорическом смысле, демонтируя иерархии, которые ценят обычаи европейских колонизаторов над обычаями коренных народов Канады.
Вот некоторые основные моменты, которые нужно успеть увидеть до закрытия биеннале 1 декабря.
А. А. Бронсон и Адриан Стимсон, " Публичное извинение перед народом Сиксика”
В этом сотрудничестве, Бронсон и Стимсон создали ответ на историю европейского геноцида народа Сиксика. В своей последней итерации “публичного извинения перед народом Сиксика” Бронсон складывает картонные коробки, заполненные взятыми на вынос экземплярами одноименной книги, которую он написал в соавторстве с исследователем Сиксика Беном Миллером.
Он показывает, что прадед Бронсона, архидиакон Дж.у. Тимс, англиканский миссионер, основал первую школу-интернат в резервации Блэкфут в Альберте. Эти школы были ответственны за то, чтобы отрывать детей коренных народов от их семей, обращать их в христианство и заставлять их ассимилироваться в европейскую культуру.
Бронсон делает тщетные попытки взять на себя ответственность за историю своей семьи. Пытаясь придать словам силу, Бронсон освобождает место для Стимсона, правнука вождя старого солнца, лидера Сиксика, который вынудил преподобного Тимса покинуть их резервацию.
Дана Клакстон, серия головных уборов
Представленные в светодиодных топках, головные уборы даны Клакстон являются свидетельством красоты и жизнестойкости коренных женщин. Напоминающие рекламные щиты, Клакстон фотографирует своих друзей и коллег, утонувших под бисерными ожерельями, бахромой, вышитыми сумками и значками, все из которых принадлежат натурщицам. Более того эти вещи часто являются обменом и подарками, и возможность видеть их вблизи показывает заботу и труд, стоящие за их созданием. Каждая фотография называет натурщика, и хотя они скрыты за своими вещами, эти бусы, сумки и серьги все еще предлагают зрителю способ узнать их.
Сайрус Маркус Уэр, " Антарктида”
Смешанная медиа-инсталляция, которая сочетает в себе производительность, сценографию и видео, “Антарктида” Уэра, ставит спекулятивное будущее, где люди избежали изменения климата, и должны сформировать новое общество на единственном обитаемом месте, оставшемся на Земле: Антарктиде.
Вынужденные стать колонизатором-поскольку маленькое общество нуждается в создании колонии в тундре-новые жители Антарктиды извлекают из своего опыта радикальных активистов для создания сообщества, которое уважает разоренную планету и поддерживает социальное равенство.
Хаджра Вахид “ " Возьмите все дорогое”
Представляя свои самые амбициозные работы на сегодняшний день, Хайра Вахид предложила точные работы на бумаге, глиняные скульптуры, гравюры и видеоинсталляции — все из которых принимают спиральную форму в качестве отправной точки. Спиральные узоры можно обнаружить в природе, в повседневной жизни, а также в социально-политической сфере. Работы Вахида позволяют вам заблудиться, сосредоточиться, почувствовать удивление или спокойствие; они приближают вас ближе к Земле, ближе к Луне, без воздействия на окружающую среду.
Капвани Киванга, " Мягкие Меры”
Мягкие меры Капвани Киванга представляют собой две волнистые завесы, медленно движущиеся в пространстве, отсылающие к африканской тектонической плите, которая скользит вперед. Ощущение нахождения между этими шторами мягкое и безмятежное, в отличие от событий, которые произошли бы, если бы эти пластины действительно столкнулись. Наводящие на размышления фантасты, как и многие ее работы, “мягкие меры " сопровождаются саундтреком художника, рассуждающего о тектонических плитах.
После того, как мы укроемся в физических и слуховых элементах работы, нас толкают и тянут в волну художника. Когда мы стоим, загипнотизированные полосами ткани, иллюзия медлительности почти убедительна, но присутствие камня, расположенного в изгибах ткани, возвращает нас к напряжению надвигающейся катастрофы.