Я уволилась с моей текущей работы в середине октября 2018 года в предвкушении недели безделья.
Едва эта неделя успела начаться, как снова нежданно-негаданно мне прилетела новость: у одного из моих детей в анализе нашли менингококк, и мне срочно нужно приехать с ним на приём к врачу-инфекционисту. Пока девушка-оператор сообщала мне эту новость довольно холодным и дежурным тоном, у меня внутри всё оборвалось, и в глазах потемнело. Я хорошо помню, как я шла по улице и старалась не плакать, потому что представляла, чем может закончиться менингит у маленького ребёнка, потом снова думала о том, что мне рано расстраиваться, потому что я не знаю, какова тяжесть заболевания, и определяться нужно будет после посещения врача, то снова впадала в плохо контролируемый внутренний плач.
После посещения врача-инфекциониста стало ясно, что концентрация найденной бактерии у ребёнка довольно низкая, и скорее всего хватит 10-дневного курса антибиотиков, после которого нужно будет снова сдать анализ. Я села с ребёнком дома и начала лечение. С учётом новых обстоятельств стало очевидно: приступить к работе 28 октября я не смогу, мне нужно больше времени. Об этом я тут же сообщила не безызвестной девушке-HR-директору, добавив, что пойму, если они не будут меня ждать. Однако она уверила меня в том, что они обязательно меня дождутся и чтобы я держала их в курсе событий.
Так потянулись дни: сначала закончился 10-дневный курс антибиотиков, потом мы с ребёнком посетили врача и повторно сдали анализы, а потом…снова раздался довольно истеричный звонок от HR-директора, в котором она буквально умоляла меня выйти на работу 31 октября 2018 года, потому что работать буквально некому: мой будущий начальник уходит в отпуск раньше времени (его жена родила второго ребёнка не по графику), а ту девушку уже уволили. Я максимально попыталась войти в положение работодателя (сейчас вот уже не знаю, зачем проявила тогда такую лояльность) и сказала, что выйду на работу 1 ноября 2018 года.
1 ноября, как мы и договорились, я пришла в офис к новому работодателю. Первый день на новой работе редко бывает очень богатым на события, и этот раз исключением не стал, но кое-что по-настоящему значимое произошло именно в мой первый рабочий день.
Полдня я бегала и подписывала всякие приёмочные бумажки, а потом в офис пришёл мой новый начальник, чисто на пару часов забежал перед тем, как ехать за женой в роддом. Он был мне очень рад или, по крайней мере, делал такой вид: теперь было кому прикрывать его неделю в отпуске и после этого неделю в командировке. Мы немного пообщались по работе, и я сразу решила сказать ему по поводу моего индивидуального графика (сдвинутого на пятнадцать минут), скорее уведомить его, ведь всё вроде и так уже было решено.
Однако, к моему удивлению, вместо того, чтобы сказать мне «хорошо, нет проблем», он сильно поморщился и сказал, что в графике с 09.30 до 18.00 работает большая часть компании (что, как выяснилось позже, оказалось бессовестной ложью), поэтому это неудобно. А потом добавил, что если мне изредка нужно уйти в 17.45, то он может меня иногда отпускать, но не на постоянной основе. Вот так-так! Пустяковая просьба работника, и сразу такой бескомпромиссный отпор. Ничего хорошего это не предвещало.
Сейчас я уже не понимаю, что удержало меня от того, чтобы в этот момент просто встать и уйти с этой работы в первый же день (потрачено впустую было только полдня) или сказать, что я ухожу. Услышав это, мой начальник скорее всего уступил бы мне (слишком безвыходное у него было тогда положение с учётом обстоятельств), но я промолчала.
О том, как складывались мои первые рабочие будни, я расскажу в следующей статье, а пока хочу поблагодарить всех тех, кто дочитал до конца.
Также прошу тех, кто дочитал до конца, поделиться со мной: бывало ли у вас, что вы увольнялись с работы в первый же рабочий день из-за того, что вам не согласовали какие-то условия, о которых вы договаривались?