И сошлись, гpемя железом,
С трезвой ратью пьяна рать
Накануне, все допито
Больше нечего терять…
В юморной выше упомянутой песне поется о том, как напившиеся накануне битвы русские полки с утра хмельными разбили орды Мамая. Последнего разбили, как известно, на Куликовом Поле.
В реальности в ту же эпоху тремя годами ранее действительно произошло сражение, где русские дружинники приняли бой "в состоянии алкогольного опьянения", но результат был совершенно другим, нежели в Куликовской Битве и в выше упомянутой песне.
Речь идет о Битве на реке Пьяне, или как еще нередко называют это событие - Побоище на Пьяне.
В истории немало примеров, когда воины выезжали на сражение в состоянии говориться «под шафе». Всем известны «боевые сто грамм» из нашего еще не такого далекого прошлого. Иногда в детстве от стариков - ветеранов Великой Отечественной (опять-таки, когда они были в подпитии ибо в трезвом уме вспоминать войну никто из них не хотел) я слышал что-то вроде «ну мы накатили по первой – второй и вперед!».
Однако чрезмерное потребления алкоголя вредит здоровью как в наши дни, так вредило и раньше… И не только здоровью.
Дмитрий Князь великорусский был одет в одни портки
Всю рубаху в пьяной драке разорвали на куски.
Держит кружку с самогоном и во всю кричит:
"Если выпью эту кружку, будет враг разбит!!!".
В отличие от веселых слов куплетов в реальной истории все было наоборот – Дмитрий на Куликовом Поле был максимально трезв и сосредоточен, отчасти и потому (наверно) что уроки от Побоища на Пьяне были извлечены серьезные.
Самого Дмитрия Ивановича – князя Московского и Владимирского – которому в будущем присвоят титул Донской, в том роковом «пьяном» бою не было… Впрочем – все по порядку.
Предыстория "пьяного побоища".
Дело было жарким летом 1377 года, как я уже ранее упоминал - за три года до битвы на Куликовом Поле.
Князь Дмитрий был молод, горяч и деятелен. С помощью друзей и родственников – Нижегородско-Суздальского князя Дмитрия Константиновича (своего тестя), западного-русского воеводы Дмитрия Михайловича Боброка Волынского и других князей и воевод, он создал союз княжеств Северо – Восточной Руси куда вошли Новгород, Москва, Тверь, Суздаль, Муром, Нижний Новгород, Рязань и некоторые другие. Русские княжества по-прежнему были данниками Орды (кроме тех, что отошли Литве после Битвы на Синих водах), но к тому времени царство ханов было уже не тем, что еще сто лет назад, когда Батый привел полчища на Русь.
Орда раскололась на несколько частей и даже, так называемый Улус Джучи, в который была включена Русь (и не только, а даже земли до Дуная) не был единым. Принцы крови – наследники Чингисхана нередко были марионетками в руках придворных визирей, этаких "премьер-министров" Орды, одним из которых был Мамай.
Дмитрий смекнул, что настал удобный момент для ослабления давления ордынцев и решился на неслыханное ранее - пошел войной против Волжской Булгарии, таких же данников Орды, что и Русь. Рейд был отмечен военными успехами - русские разорили земли булгар, взяли города и большую добычу, кроме того, Дмитрий заменил в Булгарии таможенников Мамая своими ‑ московскими. Не легко признать, но нашествие русских ратей на соседей по жестокости мало чем отличалось (если вообще отличалось) от вторжения степняков на ту же Русь. В общем - не было в то время святых и гуманистов.
В Орде сочли такое дело сверх наглостью. Один данник нападает на другого, разоряет его земли, это удар не только по престижу, но и по кошельку!
Дмитрий, еще до похода на Булгарию, как собиратель дани с русских земель для Орды, эдакий денежный хаб, вошел в разногласие с Мамаем по поводу размера этой самой дани («размирие Руси и Орды»).
Мамай в целом был мужик тоже деятельный и решительный, потому терпеть такое не стал и двинул на окраины союза Северо-Восточных русских княжеств карательные отряды. Впрочем, есть мнение, что на русских двинулся не Мамай, а чингизид Араб-шах (в летописях именуемый «Арапша»), или что оба этих монгольских «товарища» пошли на Русь со своими войсками одновременно.
Так или иначе Дмитрий, узнав о выступлении монголов довольно быстро собрал крупные силы русских дружин и двинулся на перехват врагу.
Но разведка доложила не точно…
Русские заняли позиции на границе Нижегородского княжества с Великой Степью. Дмитрий разослал разведчиков в разные направления, но следов ордынцев не было найдено. Несколько дозоров сообщали, что враг еще далеко и когда он прибудет неизвестно.
Дмитрий, справедливо полагая, что долго держать объединенную армию вдали от своих княжеств не целесообразно, к тому же опасно (Литва в то время не была «добрым соседом»… как, впрочем, и сейчас) решил распустить большую часть армии по родным княжествам оставив на нижегородчине несколько полков для охраны рубежей и связывания действий противника в случае вторжения до подхода основных сил русских.
Этот «заслон» возглавил молодой княжич Иван - сын Дмитрия Константиновича Нижегодско-Суздальского и шурин московского князя.
Отряд княжича встал лагерем у реки Пары (приток Пьяны) летом 1377 года. И тут сам княжич, его друзья и в целом вся дружина пустились «во все тяжкие». Возможно, отсутствие опеки более старших князей-родичей "снесло крышу" Ивану и вместо того, чтобы как древние римляне ждать врага во всеоружии и на изготовку русские предались охоте, пьянству и распутству с окрестными девками. Их беспечность была такой, что к моменту атаки ордынцев у большинства воинов не было под рукой даже оружия. Летописные источники сообщают, что оружие русичей было зачехлённым и находилось в обозных телегах, часто даже в разобранном виде — наконечники копий отдельно от древков.
Кроме того, дружинников Ивана хорошо подставили соседи – мордва. Князья мордовские провели ордынские полки короткими путями к позициям русских, что сильно ускорило трагическую развязку пьяного побоища.
И случилось страшное…
В итоге 02 августа 1377 года ордынцы внезапно атаковали беспечных, почти безоружных воинов Ивана. Пятью отрядами (волнами) они загнали полупьяных русских дружинников в реку, мало кому удалось спастись — кто не погиб в поле нашел смерть в реке, в том числе и молодой княжич Иван Дмитриевич.
Число участников битвы с обеих сторон неизвестно, как и число потерь. Фактом остается то, что русские из-за пьянства и разгильдяйства были почти полностью уничтожены.
Так что «как в песне поется» бывает не всегда в реальности.
Последствия разгрома русских в побоище на реке Пьяне были суровыми. Ордынцы саранчой прошлись по нижегородскому княжеству, захватили и разграбили Нижний Новгород, по счастью большинство горожан успело спрятаться в соседних городах и бежать за Волгу. Очередному разграблению подверглась Рязань, что вынудило князя Олега Рязанского отколоться от союза с Дмитрием Московским и преклонить колено Мамаю.
До сих пор точно не известно, кто же тогда уничтожил русские «захмелевшие» полки, Мамай или Араб-шах, большинство историков склоняются, что это были все-таки найоны Мамая, а Араб-шах уже принял участи в разграблении Нижегородского и Рязанского княжеств.
Дмитрий Иванович князь Московский, конечно, сделал выводы из этого печального опыта - была усилена дисциплина в княжеских дружинах, по новой отстроена работа разведывательных эскадронов, что в итоге привело к разгрому ордынцев сначала в битве на реке Воже, а позже – в 1380 году в знаменитом сражении на Поле Куликовом.
Вывод можно сделать один. Пить (ну или много пить) вредно!
Спасибо, что дочитали! Ставьте лайк! Подписывайтесь на канал!
С уважением, Vlad Marcus.