Почему мы не любим классическую литературу?
Да ладно… Скажите мне, что это не так. Ну, хорошо-хорошо, есть исключения... Я вот, к примеру, в двадцать лет знала одного моего сверстника, который цитировал «Божественную комедию» по памяти. Это, конечно, не значит, что читать наизусть из Данте обязаны все, но мало кто знает, что в «Божественной комедии» есть еще и часть про рай. Это к слову.
В остальном же мое рассуждение касается того, почему школьная программа по литературе отнюдь не школьная. И почему я поменяла свое отношение к классике только после 30 лет.
На самом деле читать и открывать для себя классиков заново – это странное удовольствие. По многим причинам.
Когда ты находишься в том же возрасте, что и автор, которого читаешь, то лучше понимаешь и его мотивы и его мысли. И, кстати, они не всегда продиктованы лишь лучшими побуждениями. И этот скрытый подтекст начинаешь лучше понимать только когда есть уже какой-то жизненный опыт.
Чехова, к примеру, я обожаю за его сарказм и циничность. Достоевский связывал моральные и нравственные принципы исключительно с Богом, и – да, с этим можно поспорить, но читать это интересно. Тургенев обожал страдать на публику, но делал это так интеллигентно, что неудивительно, что всем вокруг становилось неловко…
Но все это приходит исключительно с возрастом. Вряд ли все это богатство смыслов, подтекста доступно подростку при первом прочтении.
Нужно ли изучать классику в школе?
В настоящий момент, думается мне, весь смысл этого сводится только к расширению кругозора. И - да, я действительно считаю, что иметь хотя бы поверхностное представление нужно. Но вряд ли после прочтения курса тот же школьник вспомнит хоть что-то из того прочитанного кусочка, который он осилил. Почему так?
К сожалению, нас не учат анализу прочитанного.
Извините, но этого нет ни в одной программе. Потому что с тех самых далеких пор, когда нам диктовалось в какой именно трактовке читать то или иное произведение, ничего не изменилось. «Вот вам произведение, вы должна уяснить из него вот это и это». Шаг влево, шаг вправо – расстрел.
Я иногда читаю любопытные статьи по педагогике, так вот… недавно мне попалось две интересные статьи. В первой из них приводились впечатления английского, кажется, преподавателя о наших студентах. Он был огорчен и разочарован тем, что наши студенты не умеют задавать вопросы. Вот так просто. Они просто получают информацию, как готовый продукт, но не подвергают ее критике, не пропускают через себя. Поэтому у них никогда нет вопросов.
Я помню рассуждения своей подруги-психолога, которая к своей первой паре готовилась с очень большими ожиданиями. Но каково было ее разочарование после курса «теория-практика», когда при попытке вовлечения в дискуссию она просто наткнулась на стену молчания, и ей просто хотелось спросить: «Эй, здесь есть кто-нибудь живой?»
На вопрос, почему так, ей невинно ответили: «Ну вы же преподаватель, вы должны дать нам знания». Т.е. как некий конечный продукт, пережеванный и не подвергающийся сомнениям.
Во второй – был очень необычный разбор «Грозы» Островского от одной учительницы. Она с удивлением столкнулась с тем, что ее школьники не посчитали Катерину положительным персонажем (как нам это толковали в свое время и толкуют до сих пор), а наиболее «понятным» и близким им по духу стала как раз Варвара.
Я, кстати, тоже не считаю Катерину положительным персонажем. Весь сюжет пьесы построен на моральной дилемме, но ее же упорно сводят к социальной (почему жена изменила мужу? А, ну так ее же выдали замуж против воли (?), да еще и поселили со свекровью… ну, теперь понятно все). Неудивительно, почему дети не понимают, как именно надо относиться к этому. Разве это может стать для ребенка достаточным мотивом, к примеру, для измены? И, получается, должно?
Возвращаясь к пьесе, могу лишь сказать, что я с радостным изумлением прочитала ту статью. Ведь то, что школьники самостоятельно оценили пьесу, - должно цениться на вес золота.
Ведь прелесть литературы, как школьного предмета, - единственного, кстати, из всех – субъективность мнения, ценность его, умение видеть что-то свое и излагать это. Желательно, достаточно убедительно.
Я прихожу к выводу, что при всей своей любви к чтению, я не особо любила литературу в школе, потому что мне она представлялась таким тяжелым багажом, который вроде бы тебе навязывают, и ты обязан его нести, потому что ну как же… классика.
А вот открывать для себя заново я стала ее только в сознательном возрасте. Но где-то в душе все равно есть странное пост-чувство: «Блин, ну это же скучно». И с этим предубеждением – честно… очень сложно бороться.
Недавно я заново прочитала «Гранатовый браслет» Куприна. Я до сих пор не могу разобраться, как к нему относиться. Настолько он переполнен смыслами и дает такую пищу для размышлений, что приходишь одновременно к двум разным точкам зрения. Но я почему-то совершенно не помню свое впечатление в 16 лет… Зато отлично помню, что для меня написанное не значило ровным счетом ничего. Задумавшись над этим, я пришла к выводу, что, возможно, мне на тот момент не хватило жизненного опыта.
Мне кажется, оба этих фактора в одинаковой степени влияют на то, как формируется мнение школьников к классической литературе. И если с одним из них – сложностью и многоплановостью произведений, которые часто могут не иметь однозначной трактовки, либо для их понимания должен быть какой-то жизненный опыт – еще можно что-то сделать, то второй – отсутствие критического мышления и умения анализировать – явный недостаток нашей системы образования.