Часть 10; Часть 11; Часть 12; Часть 13; Часть 14; Часть 15
Часть 16
— Еще долго? — спросила Алина, чтобы занять себя разговором и не думать о прошлом.
— Немного терпения, — ответил Марк и включил плеер. Голос Мадонны сопровождал их в пути.
До лесного массива они добрались, как показалось Алине, довольно быстро, но когда она взглянула на часы — то оказалось, они были в дороге уже больше двух часов. Время для нее пробежало незаметно.
Марк уверенно вел машину и время от времени задавал вопросы. Она рассказывала ему все, что было ему интересно. Интересовался он многим: музыкой, бизнесом, литературой. Они обсудили последние мировое турне Мадонны, влияние рекламных технологий на развитие поп-арта и, наоборот, поп-арта на рекламные технологии, феномен бестселлера и неувядаемость песен «Битлз».
Марк вставил новый диск, Алина узнала мелодию знаменитого шлягера ливерпульской пятерки. Марк запел. Его голос, низкий, чуть хрипловатый, прекрасно передавал настроение песни.
— Ты прекрасно поешь, — сказала Алина, как только песня закончилась. — А я совсем не умею, хотя очень люблю музыку. У меня неплохая коллекция дисков. Под разное настроение — разный стиль. Когда я готовлю или делаю уборку, включаю Паганини, Мусорского или нечто в стиле диско.
— А я под Паганини окна мыл. Когда был студентом, много пришлось подрабатывать: на автозаправке, в службе сервиса, баржи в порту разгружал.
— Баржи в порту? — удивилась Алина, невольно бросая оценивающий взгляд на его плечи. — Никогда бы не подумала. Ты не кажешься силачом.
— Мышечной массы не так много, согласен, зато я жилистый и выносливый. Плеер всегда был со мной, музыка мне тогда здорово помогала. Частенько включу что-нибудь рок-н-ролльное, хеви-метал или того же Вагнера, и спать не хочется, и мясные туши не такими тяжелыми кажутся. Сколько я на себе коров перетаскал — не на одно стадо потянет!
— В студенчестве я тоже подрабатывала, — подхватила Алина. — Только, конечно, не в порту. Опросами для статбюро занималась, в рекламных акциях участвовала.
— Я видел твое резюме. Прекрасно составлено, и сразу видно, что ты не только теоретик, но и с практикой продвижения товара знакома. После собеседования я голосовал за тебя. Таких специалистов, как ты, не так уж много. И к тому же… — Он лукаво улыбнулся.
— Я просто приятная во всех отношениях девушка, — процитировала она его же слова и звонко рассмеялась.
Сбавив скорость, автомобиль юркнул с шоссе на грунтовую дорогу. Недолго пропетляв между деревьями, он выехал на открытое пространство. Алина была готова завизжать от восторга, настолько красивый вид предстал перед ними. Гладкая гладь озера пронзительной голубизной соперничала с высоким небом. Ивы темным плетением нависали над посверкивающей в лучах солнца водой. Неподалеку от озера из-за буйной зелени крон виднелись черепичные крыши небольшого поселка.
— Красота-то какая! Красотища! — не удержалась от восторга Алина.
— Тысячу раз видел все это и все равно привыкнуть не могу, — произнес Марк дрогнувшим голосом.
— К чуду разве можно привыкнуть?!
Открыв дверцу, она выскочила наружу и, раскинув руки, побежала по косогору. Марк тоже поспешил выйти из машины.
Алина стояла на пригорке и, воздев к небу руки, что-то кричала. Ветер относил ее слова в сторону, так что он ничего не слышал, кроме шелеста листвы и… негромкого мяуканья. Подпрыгивая точно дельфин в море высокой травы, черно-белый котенок приблизился к Алине и, остановившись, потерся об ее ногу. Она опустилась на корточки и взяла его на руки. Котик доверчиво прижался к ее груди.
Марк задохнулся от нежности.
Но тут же другая картина встала перед его мысленным взором: хрупкая девочка в белой кофточке и синих штанишках плачет над свежим песчаным холмиком. Светлые, как спелая рожь, волосы обрамляют овал ее невероятно нежного лица. Это была его первая встреча с Маргаритой.
— Моя Кисси… Бедная моя Кисси. Я так ее любила.
— Кто такая Кисси и кто ты сама? — тогда спросил он, глядя, как солнечный луч запутался в ее золотистых волосах.
— Мы приехали. Моя кошечка выпрыгнула и… — Слезы градом катились из ее больших и чистых, как озера глаз. — Моя Кисси умерла. Эта гадкая машина наехала на нее колесом. Так жалко, жалко…
В тот жаркий августовский день в его жизнь вошла хрупкая девочка с золотыми волосами. Он тогда обнял ее за подрагивающие плечики и впервые в жизни почувствовал, как какое-то странное чувство овладевает всем его существом — неуемная радость и в то же время щемящая нежность.
В жизни Марка было немало случайных женщин, которых он забывал сразу, как только за ними закрывалась дверь. Но прошло около двух десятков лет, а он до сих пор не может избавиться от гипнотического наваждения: доверчивого взгляда бирюзовых глаз, ощущения хрупкости плеч и трепета солоноватых от слез нежных девичьих губ.
После летних каникул они с Маргаритой снова встретились в школе. Марк пошел в десятый, Маргарита — в восьмой класс. Они некоторое время встречались, пока Маргариту не завлек в свои сети одноклассник Марка. У Пашки отец владел автозаправками по всему городу и, естественно, у Пашки было много чего, что подобает иметь красавице.
После школы его призвали в армию, после демобилизации ему пришлось много работать, чтобы оплатить подготовительные курсы в университет, куда он позднее поступил на экономический факультет.
В том же университете училась и Маргарита. В те далекие времена ему показалось, что пересечение их жизненных дорог — знак свыше.
Он готовился к лекции и спешил в библиотеку за учебником. Проходя мимо одной из скамеек, где, склонив голову, сидела девушка с конспектом на коленях, он замедлил шаг. Как только он увидел ее золотые волосы, его сердце, затрепыхавшись, остановилось. Почувствовав его взгляд, девушка медленно, очень медленно подняла голову.
— Марк, неужели это ты? — Улыбка узнавания озарила ее лицо. — Марк, ты тоже здесь учишься? Как здорово! — Она захлопнула конспект и поднялась со скамьи. — Я живу вон там. — Она махнула рукой в сторону общежития. — Моя комната шестьсот пятая. Будешь у меня в десять?
Марк тогда не сразу ответил, а она все смотрела и смотрела на него своим гипнотическим кошачьим взглядом. Ему ничего другого не оставалось, как разжать губы и пропихнуть одно только слово:
— Приду.
Весь день он ощущал себя как гладиатор перед боем, готовясь к последнему своему поединку.
Он должен, обязательно должен сказать Маргарите, что отныне она не владеет его сердцем. Он свободен… он любит другую… поглощен учебой… готовится к научной карьере… Десятки вариантов отказа прокручивал он в своей голове. Он исходил потом и принимал ледяной душ. Перетряс весь свой гардероб, чтобы выбрать «правильный» костюм для последнего разговора. Наконец в старых джинсах с дырой на колене и видавшей виды тенниске он вышел из дома. Остановившись у киоска с цветами, некоторое время размышлял, какие цветы выбрать, но отошел с пустыми руками — он не будет галантен в своем отказе.
Чуть ли не за час до назначенного времени он был у общежития, но открыл входные двери ровно в десять, нажал на кнопку лифта. Сердце колотилось где-то под подбородком…
«Маргарита, я пришел тебе сказать, что ты мне безразлична», — прошептал он и неожиданно для себя кинулся вверх по лестнице. Перепрыгивая через ступеньки, он взбежал на шестой этаж, ни разу не переводя дыхание.
Маргарита ждала его, казалось, прямо у входа — так стремительно открылась перед ним дверь. Словно обезумевшие, они упали на ковер, сражаясь, сорвали друг с друга одежду и наконец на минуту застыли, словно не веря своему счастью.
Долгие объятия чередовались с нежными поцелуями. Когда же они поднялись на ноги, он не смог сдержаться. Он прижал ее спиной к стене напротив окна и овладел ею прямо там, стоя. В черном бархатном небе звезды заговорщически подмигивали ему…
Прошлое... Как больно вспоминать! В груди защемило.
Дорогие читатели! Рада вас видеть на канале "Истории со счастливым концом"
До новых встреч!