Я люблю свою работу до ужаса и до усрачки. Каждый день кайфую от неё и до сих пор недоумеваю, как это так мне повезло найти себя и не обосраться. Но чем дальше в лес, тем толще партизаны. Я начала замечать всё больше шероховатостей, о которые раз за разом спотыкаюсь. Но с улыбкой! Возможно только пока.
Репутационные риски
К счастью, а скорее нет, люди могут слышать то, что хотят слышать. А также читать и видеть. Поэтому высказываясь на аудиторию с психологической колокольни, есть риск здорово обмочить ляжки со всех сторон. Чем больше аудитория, тем ссыкотнее. Я знаю, что неидеальна и могу ошибаться. Забыть что-то важное, что якобы должен знать каждый специалист. Но я всё равно пишу. И говорю. И работаю. Стараюсь хотя бы ползти в сторону получения новых знаний каждый день. Но это вообще не защищает меня от того, чтобы однажды не ляпнуть что-то неэтичное и попасть в вечный бан среди коллег и части клиентов.
Что-то мне подсказывает, что скоро появятся этические редакторы, которые будут проверять тексты не на грамматические ошибки, а на уместность высказывания. Хех.
Много чувств и боли
Тут я даже разворачивать мысль не буду. Просто порой мне рассказывают настолько сложные и больные вещи, что я хватаюсь за голову и за сердце. Но сразу же в этом признаюсь и мы работаем дальше.
Именно поэтому мой круг общения сужается стремительно и неумолимо. После работы мне критично сложно чувствовать хоть что-нибудь и поддерживать светские переписки.
Когнитивные ограничения в собственной жизни
Как-то разговаривала с К. о волнующем и тревожном. Хныкала, словно щеночек. И мне прилетает «ну ты же психолог, умная женщина». Обидно было как пиздец, но потом перестало.
В этой ситуации раскрылся сакральный смысл пословицы «сапожник без сапог».
Я правда очень развитая и личностно выросшая во все измерения, но именно на этом уровне, где мне сложно сейчас, я и остановилась. Сознание не может решит проблему того же уровня, на котором оно находится. Только проблемы ниже и более конкретные.
Именно поэтому я хожу к своему терапевту, который учит моё сознание быть ещё гибче.
Выгорание дышит в затылок. Всегда
Чтобы хорошо работать - нужно хорошо отдыхать. Не перерабатывать. Смотреть в окно, на реку, на жизнь. Дышать полной грудью. Быть в моменте здесь и сейчас. Никуда не спешить и осознанно наблюдать. Увы, но Иона страшная торопыга с какой-то колоссальной базовой энергией. Нет, я не бегу впереди паровоза. Я его за собой волоком тащу и ору, что надо бы поднажать.
Поэтому стараюсь забыть такие мракобесные слова как «продуктивность» и «эффективность». Принять, что самые важные изменения происходят медленно. Как у клиентов, так и у меня.
Расписание
В самозанятости всё прекрасно, кроме необходимости ежедневно чахнуть над расписанием клиентских встреч. Вносить правки, записывать и переписывать, уточнять договорённости. Порой я могу не написать варианты по следующей неделе или ответить только через несколько часов, потому что тупо замоталась. Именно поэтому бесконечно уважаю тех своих клиентов, кто пишет мне сам, если я что-то запамятовала.
Резюме: в работе психологом я как никогда столкнулась с собственной неидеальностью.
И представьте себе! У меня не отвалилась жопа.
И у вас не отвалится, где бы вы не работали. Ошибаться - нормально. Учиться - нормально. Быть живым и порой нелепым - тоже нормально.