Вокруг желтеющий лес, и пахнет подсыхающей травой, мхом и мышами. Откуда тут мыши? Рядом пахнет и кошками тоже. Почему кошки не ловят мышей? Ленивые кошки…
Что-то шуршит в кустах! Быстро туда! Прыжок, и несколько маленьких птиц уже сидят на ветке. Не достать…
- Марик! Марик, ко мне! Быстро! – громко кричит Алиса, и я со всех лап кидаюсь к этой глупой девчонке. Совсем маленькая, но такая мне дорогая. Я подбегаю и лапами упираюсь ей в живот, потому что она маленькая и я, стоя на задних лапах, всего в два раза меньше нее.
- Марк! Нельзя! Ты уронишь ее, -папа отталкивает меня от Алисы, а она все равно весело хохочет и пытается ухватить меня то за ухо, то за холку. А я завертелся волчком от эмоций, загавкал.
- Тихо, Марк! – мама жестом показывает, что надо молчать. – Мы в лесу. Давайте слушать лес.
И мы все вдруг затаились, а мой слух наполнился разным шелестом, шорохом и чуть слышным чириканьем птиц. Но что это опять в кустах? Это не птица. Это кто-то побольше! Пахнет мокрой шерстью. Да я его!... И опять со всех лап я кидаюсь в кусты. Существо было проворней. И вот оно уже за следующим кустом, я за ним, оно в овраг. Прыжок! И я там же. Следом – через корягу, еще куст… Ветер свистит в ушах, сердце бьется. Погоня! И только вдалеке остался голос Алисы: «Марик! Марик!» Но я охвачен азартом, прыжки, скачки. Зверь уходит, надо поднажать. А голосок все дальше: «Марик! Марик!... А-а… мамочка!»
Я останавливаюсь, едва не врезавшись в дерево. Алиса! Она в опасности! Быстрее! И в лапах вдруг откуда не возьмись еще больше силы. Уже не прыжки, а кажется, я лечу, земли почти не касаясь. Моя Алиса! Бегу! Вот уже поляна. Алиса!
А за поворотом на выезд из леса скрылся небольшой темный фургон. Где же они? Где мама и папа? Что случилось? Почему моя девочка так кричала? Чего испугалась? Ну, конечно, нужно бежать к машине. Они все там и ждут меня. Сейчас поедем домой! Я кидаюсь вперед по дороге, тут прямо у первых деревьев стоит наша машина. Одна одинешенька. Что же это? Ни в машине, ни рядом никого нет.
Я заметался вокруг. Обратно на поляну и опять к машине. Бегом по дороге и обратно к машине. Где же моя семья? Они не могли уйти далеко. Я быстро обнюхиваю все вокруг. Всюду их родные запахи, но они никуда не ведут, будто стояли на поляне и исчезли. Я останавливаюсь в недоумении, тяну носом воздух. В лесу много ароматов, но рыбой пахнуть не должно. Это лес, а вовсе не море. Море далеко отсюда. А рыбой пахнет отчетливо, но не морем. А просто рыбой. О, так пахнет из чудесного холодного шкафа, где много-много еды! Эта рыба сильно замерзла. Что же получается? В лес пришла замороженная рыбина, будто только что из холодильника и съела мою семью?!
- Алиса! – вою я от безысходности, ложусь около переднего колеса и рыдаю. Только машина стоит рядом, но я не могу на ней уехать домой. Теперь в лесу больше никто не шуршит, не чирикает, а слышен только мой плач.
Уже совсем темно, но вот опять светло, вроде моросит дождь. Я ничего не чувствую. Так тоскливо мне не было никогда.
Вдруг откуда-то голоса. Рядом возникает огромная фигура и заслоняет собой и без того унылый серый день. Фигура пахнет пончиками, корицей и ванилью. Неожиданно высоким ласковым голосом фигура говорит, склоняясь надо мной:
- Вот он, бедолажка, который плакал всю ночь! Что же случилось? Чья это машина тут в такое время?
та огромная женщина протягивает ко мне руки, ласково приговаривая:
- Ну, идем со мной. Я невольно виляю хвостом, но от рук уворачиваюсь.
Она достает из кармана необъятного пальто сверток и кладет передо мной. В нем свиные шкурки.
- Поешь, а я вернусь скоро. Может, ты передумаешь. Ведь замерз, бедняга!
И уходит. Я жадно кидаюсь на еду. Вскоре я попросту вырубаюсь и сплю.
Во сне мне чудится, будто на поляну въезжает машина с мигалками на крыше, из нее выходят мужчины, а накормившая меня толстушка что-то растолковывает им. Но вот она снова подходит ко мне и пытается погладить, и я понимаю, что это вовсе не сон.
То ли спросонья, то ли от сытости я не успеваю увернуться и оказываюсь в руках толстушки. Она аккуратно держит меня, как будто она моя хозяйка, почти так же меня держала мама… Я вспоминаю события предыдущего дня и невольно опять начинаю плакать. Толстушка поглаживает меня, успокаивая, но одновременно говорит с мужчиной, приехавшим на мигающей машине:
- К нам в этот лес часто ездят люди погулять, но так долго не гуляют.
- Машину проверили, угон на нее никто не заявлял, - отвечает мужчина. – Но до хозяина пока дозвониться не можем.
- А вдруг его похитили? – восклицает женщина, за что мужчина бросает на нее косой взгляд и ухмыляется.
- Ну, а что? Ведь всякое бывает, - она не сдается и гнет свою линию, говорит еще что-то, пока мужчина ходит задумчиво вокруг нашей машины.
А вдруг она права! Ведь я видел темный фургон, пахнущий рыбой! Я завертелся в руках, пытаясь спрыгнуть на землю. Толстушка аккуратно опустила меня, что-то приговаривая, но я уже не слушал ее, а кинулся по дороге. Милая женщина! Я с удовольствием остался бы с тобой, но у меня уже есть семья, и они нуждаются в моей помощи сейчас особенно остро. На выезде из коттеджного городка, через который пролегал мой путь, я притормаживаю. Я же не знаю, куда поехал фургон. Поднимаю голову, а из-за забора выглядывает мохнатая голова огромной собаки. Пес грозно смотрит на меня.
В любое другое время я бы поджал хвост и ушел, но не в этой ситуации. И я решаюсь спросить:
- Рыба? – грозно переспрашивает собака. Я усиленно виляю хвостом.
С виду грозный мой новый знакомый оказался вовсе не злым. К строгости его обязывала его охранная должность. А так целыми днями он скучал во дворе и почти все время смотрел вот так за забор, как сейчас. Поэтому фургон он увидел и рыбу хорошо учуял. И ему даже повезло услышать разговор двух сидевших впереди мужчин, пока машина притормозила как раз напротив его ворот. А говорили эти злодеи о том, что погода портится, будет дождь, дорогу размоет опять и нужно успеть проехать к складу. Вот только где этот склад?
- Далеко они точно ехать не собирались, - прогавкал пес. Он услышал интимные подробности – один из мужчин сообщил о желании попасть в туалет, на что второй ему ответил: «Потерпи, тут пять километров по прямой и свернем уже к складу». И это уже что-то! На выезде из поселка фургон свернул направо.
Я радостно бегу к дороге, но прямо на обочине встаю, как вкопанный. А как же я отмерю пять километров? Я же не машина. Я призадумываюсь, сажусь на задние лапы и в недоумении смотрю на дорогу. Опять теряю время!
В кустах что-то шуршит, но мне нельзя охотиться. Сейчас у меня ответственная миссия. Но оно все шуршит и шуршит. Я покосился на газон. Из высокой травы показывается усатая полосатая морда и с интересом смотрит на меня.
Вроде бы не обращаясь к кошке, но я тихо тявкаю:
- Мне надо отмерить пять километров.
Кошка презрительно отводит назад уши и отвечает:
- Столбик видишь? Отмеряй пять столбиков.
И ныряет обратно в траву. В это да! И от кошки есть польза! Неприметные столбики с маленькой табличкой наверху. Действительно удобно, чтобы понимать расстояние. И я кидаюсь вдоль дороги, считая столбики. По пути не забываю метить каждый встречный такой столбик. Во-первых, чтобы не сбиться, а во-вторых, я же в конце концов собака! Добегаю до пятого столба и осматриваюсь, чтобы хорошо втянуть носом воздух. Кстати, очень отдаленно чувствуется рыба, но я не понимаю, куда идти. Я пробегаю еще немного вперед, потом назад. Но от дороги нет никаких, ответвлений, куда бы смогла свернуть машина. Сколько же можно метаться? Вот бы опять какой порядочный зверь помог!
И точно! Наверное, у меня накопился лимит просьб к собачьему богу, потому что прямо передо мной падает рыбий хвост. Инстинктивно я кидаюсь на него, но хвост, похоже, уронил кто-то. Этот кто-то пикирует прямо на меня! Это толстая чайка. Я успеваю прижать хвост передними лапами и грозно говорю птице:
- Не отдам, пока не скажешь, где тут склад с рыбой.
Чайка прокричала тоскливо (как всегда кричат чайки):
- Все знают, где склад! Туда иди, к морю.
И кивает головой на другую сторону дороги.
- Держи свою добычу.
Я убираю лапы, и чайка мигом скрывается со своим уже полу тухлым хвостом. Как же теперь пересечь эту оживленную трассу? Поблизости не видно никаких переходов. Поток машин почти не прекращается. Но надо как-то пробежать. Мне кажется, я уже очень долго стою и смотрю на дорогу, поток не стихает. Мой взгляд приковывает желтый лист. Подгоняемый ветром, он вылетает на дорогу и по диагонали мчится к другой обочине, ловко лавируя среди машин. Еще мгновение, и листочек целый и невредимый уже на другой стороне. А это интересный опыт.
И я решаюсь! Прыжок! Я проскакиваю перед тихоходной малолитражкой. Чуть вправо. И через мгновение я уворачиваюсь от колес микроавтобуса. В третьем ряду несется огромный внедорожник. Я беру еще правее. Прыжок! Машина вдруг кидается в соседний ряд, раздается оглушительный визг тормозов и рев гудков. Под разделительным отбойником я оглядываюсь. Машины стоят в полу разворотах, но вроде все целы.
- Собака! Мать ее! – кричит свирепо водитель внедорожника.
И пока суматоха, встречный поток тоже притормозил из любопытства, я спешу на другую сторону и со всех ног скрываюсь подальше от дороги. В кустах я немного отдышался и среди запаха осенней листвы уже относительно четко учуял рыбу. Теперь меня ведет мой нос. Я петляю по переулкам, пока не сворачиваю на коричнево-грязную узкую дорожку, где в жидкой грязи угадывается колея от колес. Вот почему люди из фургона боялись дождя, тут и в сухую погоду проваливаешься в грязь по брюхо. Значит я на верном пути.
Здание склада оказывается старым и унылым. А каким еще должен быть склад, куда привозят силой порядочных людей. Рыбой уже воняло нестерпимо, но я сосредотачиваюсь на других запахах, бегу вокруг здания. Нахожу разбитое окно почти у самой земли и сигаю в него. Я не ошибся – в маленькой комнатке прямо на полу сидит моя семья. У них связаны ноги. Мама и папа навались друг на друга спинами, а Алиса спиной прижата к ним сбоку.
- Марик! – радостно, но еле слышно восклицает девочка. А я уже у ее лица, облизываю ее щеки, глаза, губы, в общем, все, что попадается. Она не отстраняет меня, как обычно.
- Марик, миленький! Ты нашел нас!
- Марк, как же тебе это удалось? – восклицают мама и папа. -
Марик, но у нас же связаны руки. Перестань! – просит «пощады» Алиса. И тут я понимаю, что они не просто все прижались спинами, будто для удобства, а их руки связаны между собой. Это дело поправимое. Тут пригодятся мои зубы. Уж за эту грызню меня ругать не станут! С энтузиазмом волкодава я вгрызаюсь в веревки. И на первый взгляд прочные оковы вскоре сдаются. Моя семья свободна!
С улицы слышен звук мотора, кто-то подъезжает к складу. Мы затаились. И вскоре со двора услышали голоса.
- Что теперь с ними делать? Мы схватили не тех! Как можно быть таким болваном и перепутать две цифры в номере?
-Совпадение! Модель машины та же и цвет. И мужик этот очень похож на того с фото и тоже с бабой и девчонкой.
Мама с папой переглядываются.
- Похоже, нас похитили… случайно, - шепчет мама.
- Но это не улучшает нашего положения, - тоже шепотом отвечает папа. – Они же так просто не отпустят живых свидетелей.
В это время голоса на улице удалились, похоже, мужчины вошли внутрь склада.
- Алиса, иди сюда.
Папа подходит к маленькому окошку почти у самого пола, вынимает остатки разбитого стекла и говорит:
- Окно маленькое, но ты должна пролезть. Вылезай и беги быстрее отсюда туда, где будет более людно или к дороге, если она рядом. Надо позвать на помощь. Желательно, чтобы это была полиция.
Мы с Алисой ловко вылезаем в окно, и я веду ее по грязной грунтовке. Вскоре мы оказываемся опять на обочине трассы.
- И что дальше? – Алиса спрашивает и смотрит на меня. Потом переводит взгляд на дорогу. Сначала Алиса просто вытягивает руку, но машины мчатся мимо. Потом она уже скачет, размахивая руками, но и это не убеждает никого остановиться. Даже машины с мигалками проносятся мимо на большой скорости в левом ряду.
- Так мы теряем время. Бедные мама и папа! Бандиты увидят, что я пропала и от этого могут начать заметать следы. Могут даже убить их!
И Алиса собирается разрыдаться. Но, наверное, страх за близких придает ей сил, и она решает попробовать другой способ. Мы опять отбегаем от дороги, по пути нам встречается мужчина.
- Дяденька, дайте телефон позвонить в полицию! – бросается к нему Алиса. Мужик шарахается в сторону и, не говоря ни слова, ускоряет шаг. Алиса увидела женщину и спешит к ней с той же просьбой. Тетка презрительно поджимает губы и бормочет:
- Еще чего! Маленькая воровка. Возьмешь и убежишь. Таким, как ты, место в детской колонии! Замарашка!
Алиса переводит взгляд на свои брючки и курточку. И точно – розовенькая куртка вся испачкана и даже порвалась на рукаве. Джинсовые брюки от сидения на полу тоже совсем грязные. Шапочку Алиса потеряла, ее волосы повыбивались из косы и торчат в разные стороны.
- Я похожа на бомжиху! – и она закрыла лицо руками и заплакала. Тут я понимаю, кто единственный отчасти в курсе нашей истории и может нам помочь. Я быстро оглядываюсь по сторонам. Бежать через дорогу с Алисой очень рискованно. Но я вижу, что столбики с отметками стоят и по эту сторону дороги. Мы побежим тут, а по пути, кажется, был переход. Я тяну девочку за штанину, отбегаю вперед, возвращаюсь, опять тяну. Она понимает, что надо бежать за мной. Вытирает слезы рукавом, размазывая грязь по лицу, и бежит. Как я правильно вспомнил, по пути нам встречается навес с людьми под ним, а прямо за ним виднеется лестница перехода. Совсем запыхавшись, мы оказываемся по ту сторону и продолжаем свой путь, но уже намного медленнее. Алиса совсем выбивается из сил, но все равно идет. Мы все-таки добрели до поворота к поселку.
Из-за забора первого двора все еще торчит мохнатая голова большого пса. У него-то я и спрашиваю, где живет пахнущая выпечкой толстушка. Мы спешим из последних сил к домику, который около леса. У ворот я громко лаю. Моя собачья интуиция меня не подвела.
Железную калитку открывает та же женщина. Она сразу узнает меня. Но видит перед собой растрепанную и еле стоящую на ногах Алису, сразу устремляется к ней.
Алиса оказывается в кухоньке вместе с хозяйкой. Та сразу предлагает поесть, пока девочка рассказывает ей всю информацию. А я на террасе ем кашу с мясом. Рядом сидит небольшая черная собака преклонных лет и задумчиво смотрит на меня. С перилл террасы за мной наблюдает полосатая кошка. Звери молчат, а я не теряю времени, ведь я очень голоден. После еды я решаюсь вежливо заговорить с собакой, но она лишь прищурила глаза, а потом и вовсе легла и задремала.
- Жуля очень старая и глухая, - поясняет мне сверху кошка. – Она выросла на улице, чуть не умерла там. Но наша Маруся спасла ее. Теперь Жуля мирно коротает старость, но ни с кем не разговаривает.
Я догадываюсь, что Марусей зовут добрую толстушку.
- Надо же! Не повезло… - вежливо сокрушаюсь я.
- Еще как повезло! – спорит кошка. – Нам тут всем повезло. Всем нам Маруся дала еще один шанс на жизнь. Меня она буквально отбила у жестоких мальчишек, которые уже готовились распороть мне брюхо с научной целью – посмотреть, что внутри. Вон Бим – у него нет задней лапы, зажало стрелкой на линии.
Во дворе в будке кто-то зашевелился, и наружу вылез большой неказистый пес, светлый, но с черными ушами. Он приветственно виляет хвостом. Я виляю в ответ.
В этот момент за воротами тормозит машина. Маруся открывает калитку, а во двор входят те же двое мужчин в форме, которые утром приезжали в лес. Но только Алиса начинает им рассказывать, как найти рыбный склад, как снова подъезжает машина, во двор вбегают молодой мужчина и миловидная женщина.
- Мама!
- Тетя Маруся! Что случилось?
- Почему полиция?
Наперебой восклицают они.
- Сынок, все в порядке, - успокаивает Маруся. – Эту девочку и ее родителей похитили в нашем лесу вчера, но ей удалось бежать. Собака нашла их и привела девочку ко мне, потому что никто не желал ей помочь.
- Собака?!
И все присутствующие во дворе устремляют взгляды на меня. От этого я застенчиво прижимаю уши и мелко виляю хвостом.
- Да ты настоящий герой! – мурлычит сверху кошка...
- Марик! Марик! Ко мне быстро!
На школьном дворе много детей, все шумят, суетятся, толкаются. Но среди всего шума голосов родной голос я узнаю сразу. Алиса с большим рюкзаком за спиной бежит со школьного крыльца ко мне и к маме. Мы встречаем ее. Теперь вся наша семья опять вместе.
Не знаю, что стало с похитителями и как их угораздило так глупо перепутать нашу семью с другими. Но, надеюсь, их поймали. Для меня главное, что моя семья в безопасности и мы вместе. А все остальное уже не мое собачье дело!