Он бескрыл и беспол, белизна в волосах,
Ниспадающих прямо на плечи,
Только Бездна волнуется в чёрных глазах,
Будто с кем-то готовится к встрече.
Он над белым столом неподвижно висит –
Вечный странник, божественный житель,
И по воле Богов чьи-то Судьбы вершит –
Архитектор Судьбы и Хранитель.
Белый Ангел безлик: нет ни носа, ни рта,
Нет бровей, и отсутствуют веки.
Неземная пугает его красота –
Демиурга, а не человека.
Ледяные глаза без привычных ресниц,
Но заглядывать лучше не надо
В черноту без зрачков, в эту Бездну глазниц –
Ангел страшен, как демон из Ада.
Но когда-то, в начале вселенских эпох,
На заре сотворения Мира,
Он решил - Новый Мир никудышен и плох,
И достоин другого Кумира.
Без поддержки сторонников Ангел восстал,
Сотрясая основы вселенных.
Ослеплённый гордынею бывший вассал
Посягнул на величье Нетленных.
Поднимаясь на бунт против воли Творцов
Мало быть и свободным и смелым, -
Надо знать, что Законы Небесных Отцов
Не прощают подобное дело.
Битвы не было, только бесславный конец –
По делам воздаётся награда,
И его заточили в Небесный Дворец,
Управлять человеческим стадом.
И в заветах Богов отразилось потом,
С тех далёких времён и поныне:
Самым смертным считать и тяжёлым грехом
Непомерную гордость – Гордыню;
Что отныне и впредь – до скончанья времён,
Не покаяться и не отмолиться,
И в судьбе своей Ангел не ждал перемен, -
Он обязан терпеть и трудиться.
Он висел над столом неподвижным столпом
И разглядывал, Ангел – расстрига,
Как парили над мраморным белым столом
Три цветные огромные Книги.
В этих Книгах цветных – человеческий род –
От зачатья до самых кончин –
Сквозь прошедшее время ушедший народ:
Судьбы женщин, детей и мужчин.
Нет бессмертных Богов и бессмертных людей –
Смерть приходит ко всем неизбежно.
Мы относимся к жизни чужой и своей
Легкомысленно или небрежно.
И когда мы до смерти считаем года –
Если короток век или долог,
То течение жизни проходит тогда,
Как "за здравие" или "некролог".
Сколько ты проживёшь – пять минут или век,
Только Ангел об этом и знает,
И когда в одночасье умрёт человек,
То страница его пропадает.
Ангел видит насквозь все страницы у Книг,
Неустанно страницы листая.
Он до тонкостей эту работу постиг,
Откровения Судеб читая.
Технология жизни и смерти людской
Поражает без промаха – метко.
Даже Ангел, забыв, что такое покой,
Ошибается тоже нередко.
Перепутать Судьбу, не додать и отнять
Что-то в Книгах ему приходилось,
И тогда на страницах опять и опять
Новой жизни строка отводилась.
Невозможно прожить без любви и гульбы,
И порою Судьба завывает.
Если Жизнь – это просто Дорога Судьбы,
То на ней что угодно бывает.
Ангел учит: Судьба – это ловчая сеть –
Жизнь бывает пустая и вздорная,
И над белым столом будут вечно висеть
Книги: Белая, Серая, Чёрная.
Белый Ангел Перо Золотое возьмёт,
И с рожденья до самой кончины,
Перепишет, что знает уже наперёд,
Поменяв у причин величины:
И укус комара, если даже привит,
Будет скорой к погосту дорогой,
А в бетонную стену машиной прибит
Просто выживет, как недотрога.
Людям Судьбы даются, но как на прокат,
В книжных записях своеобразно:
Это – "Разный рассвет", это – "Разный закат",
Это – "День" между ними, но "разный".
Белый Ангел Судьбу твою видит насквозь,
И безжалостно делит на части:
Он запишет тебе неприятностей гроздь,
Или бездну безумного счастья.
Этот "Разный рассвет" – это детство твоё,
Это юность твоя, как эпоха:
Это – слёзы души, это – сердце поёт,
Это жизнь: хорошо или плохо.
Этот "Разный закат" – это старость твоя
Что придёт безвозвратно, уверенно.
И "рассвет" и "закат" твою зрелость творят
"Разный день" этой жизни отмеренной.