Пришлось нам найти в этом шикарном загородном доме тихий закуток, где можно было спокойно заняться извлечением имплантов. Когда последнее найденное в нас устройство с глухим стуком упало в кювету, Хлыщ хладнокровно убрал инструменты и спрятал все жучки в странного вида термос.
— А оно точно глушит сигнал? — Эдик покосился на тяжеленную бадью, только что накрепко закупоренную, и покрепче зажал левой рукой след от вмешательства.
— Нет, не точно. Но какие ещё варианты?
— Погодите, а что с Джорджи? — Ворона выразительно подняла указательный палец вверх, как будто это что-то меняло. Джорджи — такой же бедолага, как мы, только засланный из будущего относительно недавно и прямиком в США, где и осел, объяснив своё решение желанием пожить в кои-то веки не в американском колхозном затишье, а в весёлой стране, где всё время что-то происходит. Иногда летает к нам пообщаться, но на самолётах больно долго и нудно выходит.
— Думаешь, он остался без метки? — Каринский выглядел не слишком оптимистично. — Если и так, то это вопрос времени.
— А вот сейчас и проверим! — Ворона достала переносной компьютер, в этом времени всё ещё до смешного громоздкий, и вызвала нашего друга. Через пару минут мы увидели заспанное лицо красавчика Джорджи.
— Вы чего, обалдели, я же сплю! — он протёр глаза и попытался понять, что нам от него надо. — Лиза, салют, с днём рождения тебя! Прости, что не прилетел, но я же предупредил…
— Ничего, Джорджи, спасибо, но ты теперь спать точно не сможешь, — Лиза обернулась на Ворону. — Это же защищённый канал?
— Учитывая, что нам всем установили жучки прямо в руки, а мы и не пикнули, думаю, что нет, но ты давай, расскажи ему.
Джорджи паршиво воспринял новость, потребовав немедленно научить, как провести удаление с гарантией. Хлыщ вяло попробовал, но ничего не вышло, так что на следующий день уже ближе к вечеру мы встречали друга в аэропорту, чтобы закинуть прямиком в подпольную лабораторию.
Очень странный зомби-апокалипсис в Подмосковье "Богатые тоже зомби"
Секретный подвал Хлыща находился почти в центре Москвы, на Садовом, и спешащие мимо пешеходы, пассажиры и водители вряд ли подозревали, какие дела порой творятся у них прямо под носом. Джорджи ужасно нервничал всю дорогу сюда, так что, услышав твёрдое подтверждение, уже почти был готов избавиться от импланта вместе с целой рукой.
После, убедившись, что всё в порядке, он несколько раз проверил себя сканером вдоль и поперёк и только тогда успокоился и стал в состоянии общаться с остальными.
За прошедшие сутки все дружно решили, что нужно как-то выйти на связь с нашими наблюдателями, вот только конкретных идей на этот счёт ни у кого не нашлось.
Джорджи внимательно изучил наши скорбные лица и подошёл к большой доске в углу лаборатории, вооружившись найденным рядом маркером. Он написал только несколько слов: «Эй, вы где, наглые черти?» На самом деле он написал более выразительно, но смысл примерно тот же. Русским он владел, как родным, как и все уже через одно-два поколения после всепланетного объединения, а в том нашем времени прошло куда как побольше.
Мы только собрались посмеяться над столь прямолинейным подходом, как увидели появляющиеся сами собой слова: «Сами вы такие. Встретимся, поговорим?»
Кажется, Эдик схватился за огнетушитель, но, поразмыслив, поставил обратно и приписал ещё ниже их ответа: «Валяй».
И тут в дверь вполне культурно позвонили.