Первый свой выход на СЧС "Север" Степанович помнит, как вчерашний день. Было это в середине ноября месяца 1993 года.
Портовой комиссии сдавали совместно с СЧС "Сентябрь" на южном рейде, стояли ошвартованы друг к другу, на якоре.
Ближе к концу суток, портнадзор закончил работу, за ними следом подскочили пограничники. Работа пограничников времени много не заняла, два экипажа-полтора десятка человек.
Границу закрыли, развязались и с места якорной стоянки гуськом последовали на выход из Кольского залива.
Точного прогноза погоды не имели, шли наобум. Температура воздуха хоть и была минусовая, но не опускалась ниже 5 градусов.
Шустро добежали до Цыпнаволока, выскочили за Рыбачий и почувствовали хороший NW, но попробовали проследовать дальше на запад.
Волна увеличивалась. Оба суденышка практически стояли на месте. Тогда капитаны приняли обоюдное решение отстояться в Мотке до улучшения погоды.
Пришлось развернуться и уйти в укрытие. Стали на якоря в губе "Малая Корабельная".
Капитан "Сентября" был "не дурак" принять на грудь, в часы, так сказать, вынужденного простоя. В этом плане экипаж напарника Степановича был вполне спаянный.
Степанович же всегда старался контролировать ситуацию, и если выпивал, никогда не выходил за грань. В этот рейс, он вышел в первый раз в конторе и на конкретном типе судна.
Поэтому, хоть в рундуке и было припасено несколько пузырей, желания большого употреблять не возникало.
В начале девяностых популярным был такой крепкий напиток, как спирт "Royal". Сколько же народу "утонуло" в нем. Но было "дешево и сердито". упаковка цивильная и люди наивные употребляли.
На следующие сутки, протерев глаза, и возможно слегка опохмелившись, капитан СЧС-1048 вызвал Степановича по УКВ.
Поприветствовав, он предположил, что следует сниматься и следовать к берегам Норвегии, нечего мол тут отстаиваться, рыбалка ждет.
После полудня он снимается и уходит из поля зрения, обогнув Рыбачий.
Через пару часов снялся и Степанович. Повернув на запад, проскочив "Цып", Степанович понял, что ветер если и ослаб, то совсем не значительно. "Сентябрь" где-то шел впереди и шел совсем не быстро. Ветер и волна продолжали поддавать "по зубам".
Тем не менее, когда Степанович приблизился к напарнику, они уже прошли траверз мыса Немецкий и находились на акватории Варангер фьорда.
Напарник остановился, он сообщил по УКВ, что заглох главный двигатель.
Видимость была, может чуть-чуть больше мили, и Степанович визуально просматривал ходовые огни напарника, ракурс его был носом на юг.
И в это время ходовые огни "Сентября" гаснут. Степанович пытается вызвать его на 16 канале-тишина.
СЧС-1048 "Сентябрь" обесточился, очевидно проблема была в некачественной солярке. Во время штормовой погоды её разболтало, и судно стало.
Тем временем ветер не сбавлял своей силы, судно дрейфовало в сторону полуострова Рыбачий. Аварийные события начали развиваться не более чем в трех милях от берега.
Надо было выручать товарища, и Степанович пробует взять напарника на буксир.
Вот кажется все получается, подошли на дистанцию бросательного конца, с "Сентября" получилось подать выброску.
Вот уже выбрали швартовный конец, закрепили его и начали выходить на буксир.
Можно было уйти в укрытие по волне в губу Большая Волоковая.
Но прочности швартовного конца не достаточно, при рывке он лопается и "Сентябрь" в полной темноте продолжает нести на камни.
Степанович заходит повторно на подачу буксирного конца. Теперь уже он отдает команду подать свой швартовный конец в качестве буксира.
И вот при очередной попытке подать буксир, моряки на палубе "Сентября" его упускают и тот уходит под корпус СЧС-1050"Север".
Степанович не успел застопорить ход, когда швартовный конец набрасывает на лопасти винта. "Север" тоже потерял ход.
В это время дистанция до берега становится критической. "Сентябрь" первый начал отдавать якоря, сначала один, затем и второй.
Те же действия с якорями приходится проделывать и Степановичу.
Один якорь не держит, за отдачей первого якоря следует и отдача второго.
Ветер не стихает, а до берега какие-то считанные метры и только Господь Бог или Николай Угодник возможно не отворачиваются от моряков.
Степанович понимает, что надо, до последнего стараться спасти судно, другие варианты вряд-ли уберегут людей от гибели.
Судно подбрасывает на волнах и в прожекторах палубного освещения на корме видны черные валуны. Кажется еще бросок и послышится скрежет металла. Но нет, якоря пока держат и глубины достаточно.
Тем временем механики "Севера" пытаются раскрутить намотку вручную "валоповороткой"- пока ничего не выходит.
А "Сентябрь" неподалеку также качается под самым берегом, но только в кромешной темноте и холоде, ведь у него и вспомогач не в работе.
На 16 канале никто не отвечает попавшим в передрягу рыбакам.
Повезло то, что один из пограничных постов наблюдения и связи "Восход", видел эту картину на экране своего радара и сообщил оперативному дежурном службы наблюдения за флотом РП.
К месту происшествия к утру подошли два СТР типа "Союз" управления "Мурманрыбпром".
В это время и погода начала стихать, и течением суда развернуло в сторону моря от берега.
Об этом случае была написана статья в местной рыбацкой газете "Рыбный Мурман". Вот она.
Одним из них командовал однокашник Степановича, он и подал буксир на "Север". Степановичу удалось выбрать оба якоря, к счастью якорные цепи не переплелись. А вот "Сентябрю" пришлось отдавать оба якоря со жвака-галса.
Буксировать аварийные СЧС было решено в портопункт Линахамари.
Во время буксировки Степанович на мостике заметил, что тахометр показывает вращение гребного вала.
Он попросил остановиться своего спасителя. Запустили главный двигатель и "Север" пошел самостоятельно.
У причала в Линахамари и Степанович раскупорил припасенное спиртное.
А вы бы разве не отметили свое второе рождение? Оторвались и спасенные и их спасатели.
В последствии все-таки получили и электронные удочки и новенькие навигационные и рыбопоисковые приборы в Ботсфьорде и на редкость успешно ловили этими удочками до двух тонн за сутки.
Прошло почти тридцать лет, много чего случалось Степановичу пережить в своей морской жизни, но эти валуны, в свете прожекторов палубного освещения под корпусом своего сейнера, забыть он не мог!
Часть 1