Однажды Трезвость вернулась домой только под утро. Попрощавшись с пьяными мыслями. Вернее никто ни с кем не прощался, мысли ушли по английски тихо и скромно, когда человек добрался до спального ложа. А вот появились они, точнее ворвались нагло и неожиданно, прямо в голову употребляющего человека, буквально со второго стакана.
Трезвость хоть и отпрашивалась у Ума на посиделки, и клятвенно заверяла что это в последний раз, и совсем чуть-чуть и не надолго. Кое как притащиться домой получилось слишком поздно, точнее, очень рано.
Спросонья «добрая» Память первым делом подкинула лихие воспоминания об удивительном вечере. Всплыли размазанные образы, как человек артистично, задорно и живенько выложил самое сокровенное собеседнику, то что хронил в глубине души, и не при каких обстоятельствах в здравии, даже под гнетом фашистов, не рассказал бы, ни за что не кому. А тут на тебе — вольная. Язык распоясался. Откровенья полились рекой. И приукрасить события так захотелось безудержно, словно творец-драматург, чуть ли не рифмами складывал, ярко так, красочно думы свои потаенные, тот человек у гостей.
Еще эпизод из вчерашнего вечера. Сломалось логичное напрочь прям. Чтоб рассчитаться с водителем, мощную схему обдумывал мозг. Потупив у банкомата, так и не поняв почему на карте с номиналом в 90 рублей, долбаный банкомат не выдал ему 100. Пьяный человек не отчаялся, а торжественно потребовал продолжения банкета и уснул, мгновенно, в салоне такси.
Воспроизведя события прекрасного мероприятия полностью, почему-то сознание выдало жгучее ощущение стыда за содеянное, и давящее чувство вины, вроде как без вины виноватого. И ниче такого то, не случилось, ничего ужасного не натворилось. Трясся правда, вместе с внутренним ливером, голосочек морали тревожненько но, не обосновано.
Только лишь здравый Разум подсказывал: «все нормально и завтра закончится, это все проделки похмельные».
И действительно, если не втягиваться, все в полне образуется. И второй день после праздника, стал спокойным и радостным.
