Толстяк на связи уже много писал о времени Анны Иоанновны: Кто придумал «бироновщину». Часть первая — фаворит./Кто придумал «бироновщину». Часть вторая — борьба группировок и репрессии./Кто придумал «бироновщину». Часть третья — немецкое засилье и реальность./Была ли политика Анны Иоанновны отходом от политики Петра Великого? Государственные учреждения./Анна Иоанновна и церковь./Анна Иоанновна и дворянство./Экономика России при Анне Иоанновне/Внешняя политика Анны Иоанновны/"Железная маска" по-русски/Взлет и падение Эрнста Иоганна Бирона, теперь же мы решили подробнее рассказать о ее восшествии на престол и попытке ограничить в России императорскую власть, так называемой "затейке верховников", и "Кондициях", которые были предложены Анне Верховным тайным советом.
После смерти Петра II началась новая борьба за престол. Юный император не оставил никакого распоряжения о своем преемнике. Когда Петр II умирал, Долгоруковы попытались добиться короны для Екатерины Алексеевны, они пытались дождаться прихода Петра в себя, чтобы он подписал завещание, но он в сознание так и не пришел. Со смертью Петра II угасло мужское потомство династии Михаила Федоровича, оставались только женщины, либо потомки по женской линии. В Верховном Тайном Совете началось совещание, членами Верховного тайного Совета к началу 1730 г. были 5 человек: Гаврила Иванович Головкин, Андрей Иванович Остерман, Дмитрий Михайлович Голицын, Василий Лукич Долгоруков, Алексей Григорьевич Долгоруков. 19 января 1730 г. уже после смерти Петра II были введены: Михаил Михайлович Голицын, Василий Владимирович Долгоруков. Исследователями отмечается, что кооптация 19 января была незаконной, это было сделано после смерти Петра II и до появления нового монарха.
Совещание проходило в Лефортовском дворце в Москве, его вел Д. М. Голицын, как старший по возрасту – 65 лет. На совещание не позвали Ягужинского, Трубецкого, можно было бы пригласить церковных иерархов. Остерман в самом начале отстранился, заявив, что он иностранец и ему не следует решать вопрос с престолонаследием в России. Вопрос с Екатериной Долгорукой отпал сразу, она не была венчана, была только обручена. Не был поддержан и вариант с якобы подписанным Петром II завещанием – его подписал Иван Долгорукий, почерк которого был похож на царский. Против Екатерины выступил фельдмаршал Василий Владимирович Долгорукий. В итоге поддельная духовная была уничтожена, а Долгоруковы не попытались применить силу для возведения ее на престол. В итоге насчитывают 5 потенциальных претенденток: Евдокия Лопухина, инокиня Елена. В это время находилась в Новодевичьем монастыре. Но она уже была слаба здоровьем – ей было 60 лет, 31 августа 1731 г. она умерла; Елизавета Петровна, ее считали незаконнорожденной, к тому же царевна вела слишком распутный образ жизни; Екатерина Ивановна. По поводу нее было заявлено, что она жена иностранного принца – герцога Мекленбургского, хотя с 1716 г. она в Мекленбурге не жила, однако, ее муж герцог Карл Леопольд имел слишком плохую репутацию в Германии, был изгнан дворянством, конфликтовал с императором Священной Римской империи; Прасковья Ивановна, но о ней даже не вспомнили – возможно она была больна. 19 октября 1731 г. она умерла, кроме того, она находилась в морганатическом браке с И. И. Дмитриевым-Мамоновым; и собственно Анна Ивановна. Можно было воспользоваться и тестаментом (завещанием) Екатерины I. С одной стороны, тестамент был оглашен уже после смерти императрицы, с другой – верховники его признали, возведя на престол Петра II, а потом сами же нарушили, отстранив от управления Анну и Елизавету. Согласно этому документу претендентом мог стать сын Анны Петровны Карл Петр Ульрих, родившийся в Киле в 1728 г. Однако, согласно брачному договору 1724 г. Анна и Карл-Фридрих отказались от прав на российский престол вместе со своим потомством. Хотя там и был секретный артикул о возможности назначения их сыновей наследниками, но он предусматривал волю императора. К тому же Карл Петр Ульрих был лютеранского вероисповедания, и о его кандидатуре речи не было. Наконец, саму Екатерину I не считали законной царицей. Елизавета Петровна в это время находилась в Александровой слободе, интереса к политическим интригам не проявляла, хотя датский посланник и был уверен, что Елизавета
«непременно найдет средства завладеть российским престолом или лично для себя. Или же для своего племянника».
Но Елизавету не рассматривали как серьезного кандидата, ею можно было бы воспользоваться в том же качестве, как и Анну Иоанновну, но за ней стоял ее племянник, сын Анны Петровны. Верховники опасались Елизаветы так, что даже отняли у нее вооруженную охрану, но Елизавета в Москве не появлялась. Было даже предположение, что она была беременна.
И вот Д. М. Голицын предложил Анну – герцогиню Курляндии. В итоге получилось, что Анна была не тем, кто «имел наименьшие права на престол», а тем, кто был единственно возможным кандидатом в этих условиях. В пользу Анны Ивановны было то, что она была русской. Наследников Екатерины считали незаконными, а Анна не имела никакой партии ни в Петербурге, ни за границей. Для нее Голицын предлагал кондиции. Именно он предложил «воли себе прибавить». В. Л. Долгоруков на это заявил: «Хоть и зачнем, да не удержим этого».
«Право, удержим. Будь воля наша, только надобно, написав, послать к ее величеству пункты».
Так об этом в 1739 г. рассказывал В. Л. Долгоруков на следствии. Первая часть совещания 19 января в узком составе Верховного Тайного совета завершилась, после чего верховники отправились к высшим чинам государства. В Кремле состоялось собрание высших чинов государства – первых пяти рангов, где верховники объявили об избрании Анны Ивановны, но умолчали о кондициях. Кондиции намеревались преподнести Анне как волю народа, а затем подписанные кондиции представить народу волей императрицы. Кондиции были доработаны, было составлено письмо с кондициями, которое подписали все, включая Остермана. В Митаву, столицу Курляндии, была отправлена делегация во главе с Василием Лукичем Долгоруковым, также М. М. Голицын-младший и генерал М. И. Леонтьев. Тактические промахи Д. М. Голицына это нежелание идти на сближение с духовными иерархами, нежелание делиться властью с генералитетом, и умолчание о кондициях, что позволило обвинить в узурпации власти и подлоге. С другой стороны, Голицын пытался действовать максимально быстро. В Москве, по донесениям иностранных дипломатов, также знали о планах ограничения монархии, но нет сведений о каких-либо проявлениях недовольства, но появились те, которые попытались помешать планам верховников.
Ягужинский, который был сторонником ограничения монархии, но не был приглашен на заседание Совета, считал себя обделенным, он попытался известить о кондициях Анну Ивановну. В Митаву был отправлен камер-юнкер Петр Спиридонович Сумароков, который должен был добраться до Митавы до верховников, но это ему сделать не удалось - 26 января он был арестован и отправлен в Москву, затем был арестован и Ягужинский. Анну предупредили посланники Р. Левенвольде, Ф. Прокоповича. Ей советовали подписать любую бумагу, которую будет легко разорвать уже в Москве. 25 января посольство верховников было в Митаве, и хотя Анна уже знала о недовольстве этим, кондиции она все же подписала – надо было во что бы то ни стало вырваться из Митавы. Анна подписала: «тако по сему обещаю без всякого изъятия содержать». В письме Анне Иоанновне верховники первоначально хотели представить собственным решением и кондиции и вручение престола, но затем письмо было отредактировано и вместо «мы заблагорассудили» было добавлено «мы, так и духовные и всякого чину свецкие люди…». 29 января Анна из Митавы отправилась в Москву. Манштейн в воспоминаниях уверял, что верховники потребовали, чтобы Бирон остался в Курляндии, во всяком случае в сохранившейся переписке упоминания о нем нет. 2 февраля Кондиции были оглашены. На оглашении присутствовали чиновники I – V классов:
«По принятии короны российской, в супружество во всю мою жизнь не вступать и наследника, ни при себе, ни по себе никого не определять. Еще обещаемся, что понеже целость и благополучие всякого государства от благих советов состоит, того ради мы ныне уже учрежденный верховный тайный совет в восми персонах всегда содержать и без оного Верховного Тайного Совета согласия:
1. ни с кем войны ни всчинять
2. миру не заключать
3. верных наших подданных никакими новыми податями не отягощать
4. в знатные чины, как в стацкие, как и в военные, сухопутные и морские, выше полковничьего ранга не жаловать, ниже к знатным делам никого не определять, и гвардии и прочим полкам быть под ведением Верховного Тайного Совета
5. у шляхетства имения и чести без суда не отымать
6. вотчины и деревни не жаловать
7. в придворные чины как русских, так и иноземцев, без совету Верховного Тайного Совета не производить
8. государственные доходы в расход не употреблять
9. и всех верных своих подданных в неотменной своей милости содержать
А буде чего по своему обещанию не исполню и не додержу, то лишена буду короны российской».
В научной литературе идет спор относительно источников этих кондиций. Некоторые авторы считают, что все это было заимствовано в Швеции, другие приводят аналогию с Василием Шуйским. Верховники были знакомы со шведскими законами, они были обнаружены при обыске у Остермана и вполне мог использоваться опыт Швеции 1720-х гг. Таким образом, Верховный Тайный Совет должен был постоянно состоять из 8 членов, и императрица не могла назначать новых. На тот момент в Верховном тайном совете было 7 человек, восьмое место оставалось вакантным. В литературе в качестве восьмого фигурирует Михаил Владимирович Долгоруков. Однако, он от имени Верховного Тайного совета никаких документов не подписывал. Его же в числе «осьмиличных затейщиков» называл Ф. Прокопович.
Список кондиций подписали 6 верховников кроме В. Л. Долгорукова. Он должен был вести переговоры с Анной и, очевидно, желал оставаться нейтральным. Было зачитано письмо, в котором Анна писала, что подписала это все «для пользы Российского государства и к удовольствованию верных наших подданных». Под кондициями в итоге были поставлены 502 подписи. Как писал Феофан Прокопович, после прочтения Кондиций «опустили уши, как бедные ослики… и дивное всех было молчание». Не было никакого одобрения, но среди шляхетства были вопросы – зачем императрица изволила себя ограничивать. Один из присутствующих даже вопрошал:
«Не ведаю, де, и весьма чуждуся, из чего на мысль пришло государыне тако писать?».
Но эти робкие анонимные возгласы недоверия потонули в толпе. Д. М. Голицын возражений не допустил, но предложил разработать самим и подать в Совет проекты нового государственного устройства. Наконец, вышел князь Черкасский, который потребовал, чтобы «ему и прочей братии дано время поразсуждать о том свободно». Верховники согласились, полагая, что это обсуждение позволит выпустить пар и не допустит столкновений и споров.
Надо сказать, что служилые люди XVII в., превратившиеся в шляхетство в результате петровских реформ, теперь стали претендовать на общесословные интересы. Шляхетство только себя считало «обществом», которое может вершить судьбу страны. Это называют одним из важнейших следствий петровских реформ. Верховная власть столкнулась с фактом существования социальной группы, которая способна к самоорганизации и отстаивании собственных интересов. Нельзя утверждать, что верховники выражали интересы аристократии, а им противостояло среднее шляхетство. Противниками верховников были и многие аристократы. Однако, среди дворян появляются недовольные кондициями. Шляхетство начало сплачиваться вокруг императрицы – было ясно, что ограничение самодержавия в интересах только Голицыных и Долгоруких. Недовольство было не против самого факта ограничения власти царя, а против усиления каких-то одних фамилий. Шляхетство выступало против келейного совещания и было недовольно, что не было общего обсуждения накануне. Одновременно с кондициями были подготовлены 7, или по другим данным до 17 шляхетских проектов относительно системы органов власти. Все они предлагали выборность и в Верховный Тайный Совет, и в Сенат. Наиболее известен «проект 361» или «364», или проект князя Черкасского, который был подан в Совет 5 февраля за подписью 28 лиц генеральского звания, а так же проект 15-ти, составленный по предложению самого Совета, принятый 7 февраля. Проекты состояли из предложений по формированию органов власти и из требований по улучшению положения шляхетства. Требовали отмены закона о единонаследии 1714 г., определения сроков дворянской службы, неназначении дворян солдатами и матросами.
Проект 364 предлагал формирование Вышнего правительства из 21 человека, предлагалась выборность членов правительства, Сената, губернаторов, президентов коллегий из шляхетства. Подписавшие этот проект – офицеры и чиновники, занимавшие средние командные должности в армии и в госаппарате, именно они составили оппозицию верховникам. Был составлен проект оппозиции верховника, в которую входили Прокопович, Кантемир, Черкасский, Татищев. В их проекте значится упразднялся Верховного тайный Совет, его следовало заменить на Сенат из 30 человек, где царица была бы председателем и обладала бы 3 голосами. Проект 15 предусматривал сохранение Верховного Тайного совета с увеличением его состава до 12 – 15 человек. Сенат сокращался до 11 и вел текущие дела. Генералитет и шляхетство входили бы в Избирательное собрание из 100 человек. Сам Верховный Тайный Совет также готовил вариант реформ. Работу над «конституцией» верховники начали 30 января, когда получили согласие Анны с условиями вступления на престол. К кондициям затем пытались присоединить «Пополнения», касавшиеся службы дворян в армии и флоте – в гвардии и гардемаринами на флоте, также о возвращении монастырям управления их вотчинами, а также
«Способы, которыми, как видитца, порядочнее, основателнее и тверже можно сочинить и утвердить известное толь важное и полезное всему народу и государству дело».
Все эти документы – Манифест, Кондиции и этот документ предполагалось опубликовать в один день. И этот документ с изложением видения государственного устройства должен был носить форму присяги населения в ответ на подписание кондиций. Считается, что верховники первоначально предполагали ограничиться лишь кондициями, а «конституция» была во многом уступкой более широким дворянским кругам. Верховники соглашались на выборность членов Совета. Также были согласны на выборность президентов коллегий и сенаторов, были также согласны по наиболее важным делам созыв всех сословий. Численность Совета были согласны увеличить до 12, но было ограничено число выборщиков самими верховниками и сенаторами. Первоначально были согласны включить в число выборщиков также президентов коллегий и генералитет, но затем от этого отказались.
Д. М. Голицын предлагал сохранить за императрицей звание главы государства, всю полноту власти передать Верховному Совету из 10 – 12 членов. При Совете для предварительного рассмотрения дел создавались Сенат из 36 членов и Сейм, разделенный по входившим в него сословиями на две палаты: шляхетскую – 200 человек и торгово-промышленную – по депутату от каждого города. В итоге несмотря на формальную выборность, все эти выборы были бы внутренними Сената и Совета, причем исключались кандидаты ниже IV ранга. Те, кто был исключен из этой системы и стали оппозицией Верховному Тайному Совету. Причем это касалось и представителей высшей знати, и генералитета. Верховники стали терять инициативу, они упустили важный момент. И вот 3 февраля 1730 года в Успенском соборе после объявления согласия Анны Иоанновны принять престол и о ее милости к подданным, был отслужен молебен, в которой Анна была провозглашена по прежней форме – самодержицей. Верховники, когда поняли свою ошибку, уже было поздно что-либо делать. Уже по епархиям было направлено извещение с прежним титулом, и было решено сохранить прежний императорский титул. В Манифесте о смерти Петра II и восшествии Анны Иоанновны значилось, что она была «изобрана» на престол. Вступление на престол Екатерины I не оформлялось, как избрание, тогда еще могли опираться на волю Петра. Петр II взошел на престол согласно Тестаменту. В Манифесте кондиции тоже не упоминались, и титул остался прежним.
Продолжение следует...
Роман Наливайко.
Спасибо, что дочитали до конца!
Читайте и смотрите наши материалы о истории Российской империи: «Устав о наследии престола» Петра Первого/Дело царевича Алексея/Слово и дело государево. Тайный сыск в 17-18 веке./Кто придумал «бироновщину». Часть первая — фаворит./Кто придумал «бироновщину». Часть вторая — борьба группировок и репрессии./Кто придумал «бироновщину». Часть третья — немецкое засилье и реальность./ Как отрекался Николай II/ «Третьеиюньский переворот» и «Третьеиюньская монархия»/ Как Россия и Турция дружили в 19 веке/ Укрепить рубль: денежная реформа Канкрина/ Зачем Российская империя отказалась от выгод Ункяр-Искелесийского договора/Была ли политика Анны Иоанновны отходом от политики Петра Великого? Государственные учреждения./Анна Иоанновна и церковь./Анна Иоанновна и дворянство./Экономика России при Анне Иоанновне/Внешняя политика Анны Иоанновны/Генерал, адмирал, дипломат и острослов./Как Александр I легитимизм в Европе утверждал и чем все это закончилось./Последний правитель России из мужской линии Романовых: Петр II./"Железная маска" по-русски/Взлет и падение Эрнста Иоганна Бирона/Династический фактор восстания декабристов/Неудачная кодификация: Уложенная комиссия Екатерины Великой
Если вы хотите продолжения, новых статей и видео про историю, культуру, искусство, гуманитарную науку и образование, то для развития канала ставьте лайки, подписывайтесь на канал, смотрите наше видео на ютуб-канале, смотрите больше материалов в группе В Контакте комментируйте, конструктивная критика принимается.