Я одно время встречался с девушкой, нацеленный на продолжительные и серьезные отношения. Меня все в ней устраивало. Но иногда своими рассуждениями о сильном поле она удивляла меня.
– Я не пойму тебя, – говорил я в недоумении. – Мужчина на то и мужчина, чтобы быть сильным и мужественным.
– Ты, дорогой, отстаешь от нынешнего времени, – улыбаясь, брала она меня за руку. – Сейчас мужчины ухоженные, мягкие, утонченные.
– Как девушки, да? Извини, но это не про меня, – кривил я физиономию.
Насмотревшись на гламурных моделей с глянцевых журналов, она уговаривала меня взять с них пример. Мне приходилось тактично переводить тему, чтобы не нагрубить ей. И даже когда я совершил героический поступок ради нее, моя пассия не поменяла своего мнения и разочаровалась во мне.
Случилось это так. В один из вечеров, приятно проведя с девушкой время, я провожал ее домой. Держа путь через очередной двор пятиэтажного дома, мы поравнялись с тремя подвыпившими молодыми людьми. Они были замечены нами раньше, так как молодежь громко разговаривала, смеялась и аморально себя вела, расположившись на скамейке. И хотя моя девушка попросила свернуть в соседний двор, я не послушал ее. Не в моих правилах сворачивать с пути из-за каких-либо помех. Пусть хоть впереди свора довольно крупных бродячих агрессивных собак, я не сворачиваю. Может это и глупо, но так я укрепляю свой дух.
– Слышь, мужик, закурить есть? – обратился более наглый из них.
– Не курю, брат, – ответил я ему, продолжая движение.
Слово за слово и они стали напирать.
– Стой здесь, – твердо сказал я съежившейся от страха девушке, поворачивая ее спиной к стене дома.
Сам, встав перед ней, решительно развернулся к хулиганам. Десять лет занятий каратэ в прошлом научили меня, как постоять за себя. Приняв боевую стойку, я стал раздавать люлей. Так как находившиеся в эйфории парни не особо чувствовали боль, пришлось повозиться с ними подольше. Сыграло на руку то, что они были во хмелю и плохо держались на ногах. Иначе все могло кончиться для меня куда плачевнее. Спустя несколько минут все закончилось. Все трое лежали на асфальте, стонали и корчились от боли. Мне тоже неплохо досталось: из носа текла кровь, губа была разбита, раскрасневшееся левое ухо все еще звенело, рукав рубашки оказался разодран.
– Будь я одним из хлюпиков, которых ты мне приводишь в пример, меня бы здесь похоронили, – с надменным видом произнес я, взяв под руку свою девушку, продолжая путь.
Сказать, что она была в ужасе от произошедшего, это ничего не сказать. А я гордо вел ее домой, чувствуя себя героем и настоящим мужчиной. Она вынесла мне воды. Я умылся, привел себя в порядок, поблагодарил ее. Попросил успокоиться и забыть о произошедшем. Ведь подобная ситуация далеко не редкость в ночном городе. Мы пожелали друг другу спокойной ночи. Она вошла в свой подъезд, а я направился домой.
На следующий день моя девушка не пришла на свидание. Когда я позвонил ей узнать, в чем дело, она вновь удивила меня.
– Я не смогу выстраивать с тобой отношения, зная, насколько ты агрессивен и не отесан, – сказала она в трубку. – Я боюсь тебя. Ты словно животное. Маникюра нет, ходишь в потертых джинсах, не часто бреешься.
Я человек гордый. А потому высказал ей все, что думаю об ее заскоках и женоподобных мужчинах, от которых она фанатеет, и отключил телефон. Пойди, пойми этих женщин!