В детстве и юности я никогда не спрашивала себя, почему я читаю? Это было и так очевидно: читаю, потому что не могу иначе, потому что книжные миры затягивают меня, и я выныриваю из одного, чтобы тут же пропасть в другом, и так по кругу.
Мои отношения с книгами начались в детстве, и то, что для многих моих ровесников было тяжкой повинностью, для меня было сладким временем книжного одиночества, когда я оставалась один на один с автором, и все на свете переставало существовать.
Я читала много, жадно и постоянно. Книги стали для меня мерилом лучших качеств в человеке. При знакомстве я всегда спрашивала: "А что ты читаешь?". Моя категоричность повелевала никогда не тратить время на людей, которые предпочитали телевизор.
Мне очень повезло с моей учительницей литературы. Она научила меня читать с карандашом, наслаждаться красотой слова и показала, что любое произведение каждый понимает по-разному, и это нормально. Она никогда не преподавала литературу по методичкам, и в старшей школе я открыла в себе новый, критический, этап любви к чтению. Я могла категорически отвергнуть автора, героев и наслаждаться этим не меньше, чем принятием.
При этом всем я всегда четко делила литературу на хорошую и плохую, а писателей - на великих и прочий сброд. Иначе говоря, я никогда не читала массовой литературы. Представьте, как велико было мое читательское высокомерие?
Потом начался университет, и читать я стала еще больше. Учебную литературу я читала по необходимости, художественную - для себя, но все равно это был мир бесконечных книжных страниц. Мы обсуждали прочитанное на семинарах, переменах, спорили, соглашались, и всо всем этом было истинное наслаждение.
И вдруг резко я перестала читать. Не могла взять в руки книгу. Я чувствовала себя жалкой и больной. Забыла прочитанное. Не могла поддержать разговора о литературе, потому что чтение перестало быть для меня единственным возможным способом бытия, из лекарства стало отравой.
На самом деле в те годы я много читала легких книжечек (детективы, фэнтези, романчики), сюжет которых был прост и забывался после прочтения. Но для меня это чтиво не приравнивалось к литературе. Я просто убивала время и страдала, потому что мне казалось, будто все знают, что теперь я изувеченная и неполноценная.
Но нужные книги всегда приходят вовремя, и в Интернете я наткнулась на книгу известного литературного критика Галины Юзефович. Вдруг оказалось, что подобные проблемы испытывают многие, а книги перестают быть частью культурного когда современного человека, поскольку появляются альтернативные источники информации, новые способы проведения свободного времени. Функции чтения просто-напросто поменялись, а я этого не поняла (отчасти, думаю, потому что была литературным снобом):
"Чтение – еще один (и очень эффективный!) способ выкачать из мироздания немного радости сверх отпущенной нам нормы", - вывела Галина Юзефович.
Эта книга о книгах помогла мне пересмотреть взгляды на роль чтения в жизни человека. Я иначе посмотрела на массовую литературу, которую ранее категорически отвергала, и пришла к выводу, что она тоже нужна. Каждой книге - свое время и место. Что-то мы читаем, чтобы лучше разобраться в своем предмете; что-то, чтобы утолить жажду приключений; что-то, чтобы расслабиться и отключиться от действительности. У книжной религии появилась обновленная иерархия предназначений, а я снова стала верной ее адепткой.
Теперь на вопрос о том, почему я читаю, отвечаю, как и много лет назад: потому что не могу иначе. Потому что книги доставляют мне удовольствие.