Он пришел к нам в бригаду в середине 80-х, тогда создали новый участок, отрабатывали лаву "на отпалку"- буришь, палишь, выгружаешь уголь и крепишь (старые горняки поймут). Бригада была комсомолько - молодежная, лавы хватило года на два и зарабатывали мы там по 600-700 рублей. Правда и пахать приходилось.
Серегу прозвали Висячкой за его привычку, на все приколы в свой адрес отвечать - "мою висячку почмокай", ну и прижилось. А приколов было много, есть такие люди, не похожие на других, над ними всегда подшучивают. Многие не принимают всего этого близко к сердцу и их оставляют в покое, Висячка был из другой категории, чуть - что, лез в бутылку. Таких будут подкалывать постоянно.
Работал у нас Саня, он над Серегой постоянно подтрунивал, и однажды тот не выдержал и крикнул: "Ну Саня, после шахты пойдем мыться, ты глазки намылишь, нагнешься и я тебя сзади поимею!" Мы смеялись всем звеном. А потом я заметил, Саня сразу бежал мыться, мы все обычно перед мойкой сидели на скамейке в раздевалке и курили, после длительного воздержания, и он с нами.
- Что, боишься что Висячка тебя в мойке подкараулит? - спросил я у него как то.
- Да фиг его знает, у него ума хватит!
Как то в лаве срывали рештаки и убирали в завал (лава крутая, уголь самотеком уходил по "мертвым рештакам С-53). Серега держал рештак спереди, без рукавиц. Его палец прижало к стойке и немного содрало кожу, кровь побежала. Тот сел в завале и минут десять плакал, как белуга. И смех и грех, у мужика двое детей, а он плачет от небольшой ранки.
- Чего ржёте то? Каждый боль переносит по своему, вы материтесь, а я плачу, - ответил Сергей на наш смех.
А потом, уже в другой лаве - механизированной, произошло обрушение сопряжения. Сергей стоял внизу один, на перегружателе, разбивал большие куски породы и угля. Деревянные стойки переломало, как спички и ему придавило породой ноги. А мы к нему не можем спуститься, полный завал. Тут любой закричит и заплачет, ноги зажаты и сверху висит массив, который может в любой момент похоронить тебя. Пришлось добираться в окружную.
Мы, бегом, поднялись по лаве, потом пробежали по венштреку до уклона, спустились на конвейерный и по нему к лаве. Минут 15-20 Сергей был там один. Прибежали, нашли деревянный подхват, подсунули его под породу и рычагом (у нас называли лагой) подняли ее. Ноги у Сереги освободились, и мы его вытащили. Буквально через несколько минут на то место, где он лежал, упал огромный кусок породы.
Серега ушел на больничный и после него сразу уволился. Потом он устроился в АТП, слесарем по ремонту двигателей. Там его звали Кактусом, не знаю почему. А в 90-х он начал крепко выпивать, видимо что попало, многие тогда делали это от безысходности.
Уже в 2000-х кто - то из старых знакомых сказал, что Сергей умер, вроде что - то с сердцем. Было ему тогда немного за сорок. Как жалко, веселый и безобидный мужик был.
Светлая тебе память, Серега!