(подробности по тегу "закреп")
- Да нет у меня с ними никаких неприятностей, и не будет! - воскликнула Лизи опять раздражённо и зло, хотя на сей раз и то, и другое было вполне человеческим, а не таким, как будто бы за дверью нашей с Жанной комнаты стоял какой-то древний бессмертный колдун, настолько одержимый всеми своими проклятьями, волшебством и призванными им духами, что и на человека-то был похож не особо — Я, в отличие от вас двоих, умею и разговаривать, и договариваться с людьми так, что это не вызывает у них не равнодушия, ни отторжения...
- Ага, уж мы видим! - фыркнула Жанна скептически, услышав это — Ты просто мастер переговоров, и никак иначе. Скажи честно — целью последней из твоих дипломатических операций было то, чтобы я в итоге чуть было не подралась с Сашей?
- Чёрт, да вы же сами во всём и виноваты! - рыкнула Лизи из-за двери — Точно так же, как и в прошлый раз! Я говорю вам — потерпите, подождите немного, и я сумею во всём разобраться, но вы же, мать вашу, у нас тут самые умные, у вас никогда нет ни на что времени, из двух зол вы всегда предпочитаете выбрать наибольшее, кидаясь в него, как в омут, с головой! Что вам стоило подождать тогда, перед тем, как всё это началось, ещё полусутки? Что вас заставило устраивать этот дурацкий побег, на свой страх и риск подкупать катерщика и пытаться вместе с ним выбраться в Педжо, чтобы в итоге вместо этого погибнуть... То есть, я хотела сказать, почти погибнуть у самого берега соседнего острова? Что — страх? Нетерпение? Недоверие? Нет, прежде всего это была глупость и неумение рассчитывать всё заранее, и нежелание искать помощи у кого-то, кто считает ваши планы менее удачными, чем вы сами! И сейчас вами тоже движет глупость, грёбаный подростковый максимализм — если не всё, то ничего, если не сейчас, то никогда, и вы даже знать не желаете, что у других людей могут быть какие-то иные дела и заботы, кроме тех, с которыми к ним обратились вы, другие желания, другой темперамент, другие мнения, другие цели! Вы и сейчас придёте к точно таким же страшным итогам, как и в прошлый раз, и, что самое неприятное в этом, вы даже не осознаете этого, а винить в этом буду себя я! Дьявол, как же мне всё это надоело — возиться с вами, чёртовы подростки! - она опять с силой врезала по двери, отделяющей нашу комнату от коридора — Катитесь нахрен со всей своей ерундой, придурки несчастные, если не можете понять простых вещей, которые вам объясняют вам едва ли не на пальцах! Ваша жизнь — вам и решать, лишаться вам её или нет!
С этими словами она, кажется, отошла, наконец, от нашей двери, а затем, развернувшись, потопала прочь, возможно, к Саше и прочим, но, как мне думалось, скорее всего, к себе.
- Что ж, вот мы и поговорили, - произнесла Жанна со смесью удовлетворения и холодного раздражения спустя, быть может, четверть, или более-менее того, минуты — Интересно, почему она назвала нас подростками? Она-то сама, выходит, кто?
- Не знаю, - пробормотал я мрачно, чувствуя теперь, однако, себя намного спокойнее, чем прежде — Лизи Айнуллене всегда была полна загадок... Причём в последнее время я всё чаще и чаще стал сознавать, что многие из них мне не хочется отгадывать совершенно... Но ладно. Быть может, всё-таки лучше решим, чего мы с тобой предпримем дальше? Нам нужно подумать как следует, чтобы у нас с тобой не вышло так, как и в прошлый раз... Чтобы наше предприятие не закончилось так, как нам об этом только что сказала Лизи.