Вскоре после начала Великой Отечественной Войны немцы уже бомбили Москву и на фоне больших потерь ВВС РККА министр пропаганды нацистской Германии Йозеф Геббельс объявил, что советская авиация разгромлена, а главнокомандующий люфтваффе Герман Геринг заявил: «Ни одна бомба никогда не упадёт на столицу рейха!»
В это время авиацией советского Балтийского флота разрабатывался план по нанесению ударов с ленинградского аэродромного узла по базе военно-морского флота Третьего рейха в Пиллау. Командующий ВВС ВМФ СССР генерал-лейтенант С. Ф. Жаворонков предложил перенацелить подготовленные для удара силы. 26 июля нарком Военно-морского флота СССР адмирал Н. Г. Кузнецов вместе с Жаворонковым на встрече у Сталина предложили ему провести ответные бомбардировки Берлина силами Военно-морской авиации Балтийского флота с аэродрома «Кагул» на острове Эзель — самой западной на тот момент точки суши, контролировавшейся советскими войсками, но уже оказавшейся в тылу у быстро продвигающихся войск вермахта.
Для нанесения удара планировалось использовать дальние бомбардировщики ДБ-3, ДБ-ЗФ (Ил-4), а также новые ТБ-7(Пе-8) и Ер-2 которые с учётом предельного радиуса действия могли достать до Берлина и вернуться обратно(1765км).
7 августа в 21:00 с аэродрома Кагул на острове Эзель поднялась особая ударная группа из 15 бомбардировщиков, загруженных бомбами ФАБ-100 и листовками. Полёт проходил над морем на высоте 7000 м по маршруту: остров Эзель (Сааремаа) — Свинемюнде — Штеттин — Берлин. Температура за бортом достигала −35...−40 °C, из-за чего стёкла кабин самолётов и очки шлемофонов обмерзали. Для соблюдения секретности на всём протяжении полёта выход в радиоэфир был категорически запрещён.
Через три часа полёта вышли к северной границе Германии. При полёте над её территорией самолёты неоднократно были обнаружены с немецких наблюдательных постов, но, принимая их за свои, немецкая ПВО огня не открывала.
В 1:30 8 августа пять самолётов осуществили сброс бомб на хорошо освещённый Берлин, остальные отбомбились по берлинскому предместью и Штеттину. Немцы настолько не ожидали авианалёта, что включили светомаскировку только через 40 секунд после того, как первые бомбы упали на город. В 4 утра 8 августа, после семичасового полёта, экипажи без потерь вернулись на аэродром.
8 августа немецкое радио передало сообщение:
В ночь с 7 на 8 августа крупные силы английской авиации, в количестве 150 самолётов, пытались бомбить нашу столицу... Из прорвавшихся к городу 15 самолётов 9 сбито.
В ответ на это Би-би-си сообщило:
Германское сообщение о бомбёжке Берлина интересно и загадочно, так как 7-8 августа английская авиация над Берлином не летала.
Совинформбюро 8 августа известило, что советская авиация успешно бомбила Берлин. Сообщение в «Известиях» завершалось словами:
В результате бомбёжки возникли пожары и наблюдались взрывы. Все наши самолёты вернулись на свои базы без потерь.
Всего до 5 сентября советские лётчики выполнили девять налётов на Берлин, совершив в общей сложности 86 вылетов. 33 самолёта бомбили Берлин, сбросив на него 21 тонну бомб и вызвав в городе 32 пожара. 37 самолётов не смогли выйти к столице Германии и нанесли удары по другим городам. В общей сложности было израсходовано 311 фугасных и зажигательных бомб общим весом 36 050 кг.
Уже 8 августа Сталин подписал специальный приказ № 0265 «О поощрении участников бомбардировки Берлина», в котором, помимо благодарности, объявлялось о выдаче каждому члену экипажа по 2 тысячи рублей(обычно было положено 500 рублей).