Из-за маленькой пятнадцатилетней искательницы приключений дело чуть ли не дошло до разрыва дипломатических отношений между Италией и Турцией. Читатели газет конца 19 века были знакомы с делом юной итальянки Сильвии Генелли. Эта девушка сбежала из родительского дома с одним турецким офицером, приняла мусульманство и очутилась затем в гареме. Узнав о судьбе, постигшей его дочь, отец обратился с просьбой о помощи к итальянскому министру иностранных дел, которому удалось извлечь несчастную из гарема лишь после энергичных переговоров с турецким правительством и после угрозы отозвания итальянского посла из Константинопля. Случаи похищения молодых девушек были нередки, конечно, во всех больших европейских городах, но нигде они не встречали такого поощрения со стороны властей, нигде их виновники не пользовались такой безнаказанностью, как в Турции.
В любом турецком городе можно было видеть дома с решетчатыми окнами, сквозь которые не проникал ни один луч света и совершенно недоступные постороннему взору. Турецкий дом разделялся на две части, строго отличающиеся друг от друга и снабженные отдельными входами: селамлик, или мужская половина и гаремлик, или женская половина. По издревне установившемуся обычаю, муж проводил все время от заката солнца до восхода в гареме, где жены развлекали его танцами и музыкой.
Обыкновенно полагали, что турок мог иметь столько жен, сколько ему вздумается, но это не так. Коран ограничивает число “законных” жен четырьмя, а Шариат, мусульманское каноническое право, строго распределяет роли каждой из них. Каждая из “законных” жен имеет свое собственное хозяйство, своих прислужниц, и “законной” она становится лишь тогда, когда муж обеспечит ее материально. Таким образом только очень богатый турок мог позволить себе роскошь многоженства, большинство из них, довольствовались одной женой. Разрешая многоженство, Магомет руководствовался тем, что на Востоке женщина отцветает быстро, и в 25 лет она уже стара. Вот почему, по мысли основателя ислама, восточному человеку необходимо предоставить полную свободу заменять одну жену на другую, лишь бы предупредить, худший из грехов — нарушение супружеской верности. Турецкий брак преследовал именно практически этические цели, и действительно, долгое время случаи нарушения супружеской верности были чрезвычайно редким явлением в турецкой жизни. Вместе с европейской цивилизацией стала проникать в империю османов вольность нравов, раньше ей чуждая. Так, например, был министром иностранных дел Тевфик-Паша, который в свое время был послом в Берлине женился на немке, которой до помолвки обещал довольствоваться одной женой. Тем не менее произошел случай полный комизма. Узнают светские дипломатические дамы, что у такого высокого турецкого сановника родился сын, и при первой встрече с его супругой в обществе они поздравляют ее со счастливым событием, но та, краснея, благодарит за внимание и с поникшей головой заявляет, что сын, действительно, родился у нее в доме, но от второй или третьей “законной” жены.
Иначе обстояли дела с рабынями, так называемыми “одалисками”. Большинство рабынь были черкешки, но среди них не мало европейских женщин, преимущественно француженок, занесенных случаем на Восток. Число рабынь для отдельных домов неограниченно, и обыкновенно было велико, так как турецкие “ законные” жены нуждались в многочисленном штате прислуги. Права рабынь точно установлены Кораном и Шариатом. Прослужив семь лет в одном гареме, рабыня становится свободной, получает денежную сумму, обеспечивающую ее, как минимум на десять лет, а если она подарила своему господину ребенка, то она получала свободу тотчас после родов, причем счастливый отец обязан позаботится о судьбе матери новорожденного.
Самое печальное заключалось в том, что рабынь покупали. Константинополь был наполнен притонами, в которых торговали живым человеческим товаром, и куда богатые паши посылали своих агентов- вербовщиков. Цена молодой, по турецким понятиям, красивой рабыни достигала 10000 франков.
Строгий надзор за женщинами в гареме был возложен на евнухов. Проникнуть в гарем чужому практически невозможно, так как турецкий закон давал каждому мусульманину право убивать каждого кто туда проникнет. Кроме того турецкие женщины с большим высокомерием относились к гяурам(иноверцам).
Европейские женщины, которым удавалось посетить гарем, утверждали, что действительность куда ниже, менее приглядна, чем фантазия.