Сказки Андерсена знают все. В западной цивилизации, к которой я, несмотря на сильное влияние Азии в моей жизни, в большей степени принадлежу в силу воспитания и образования, Андерсен фигура культовая и его персонажи давно архетипические. Андерсеновские герои не только стали именами нарицательными, но и воспринимаются уже как психотипическая характеристика («Смотрите-ка, какая принцесса на горошине выискалась!»). Попросите человека назвать любимую сказку Андерсена, и вы получите практически его управляющий паттерн – «Русалочка», «Снежная королева» (или Герда/Кай), «Дюймовочка», «Гадкий утёнок», и т.д. Сказки Андерсена стали восприниматься как штамп, шаблон. А зря. Потому что это чересчур поверхностно. Мы так привыкли к Андерсену, он настолько везде в нашей жизни, что уже и не задумываемся, не вникаем, просто принимаем его как часть культуры. Но чтобы принимать его как часть культуры, надо самим этой культурой быть. И понимать, что там стоит за текстом. Подоплёки мы уже не знаем. И прочитываем его сказки по-другому. Вот это как раз тот случай, когда «Что хотел сказать автор?» надо знать. В контексте той эпохи – он о чём? Мы опираемся на андерсеновские тексты, но забыли контекст его времени и потеряли их смысловой каркас. Поэтому разговор об Андерсене я разделяю на два разных времени – Андерсен для современников и Андерсен для нас.
Для нас Андерсен, уж простите за такое циничное писательское уточнение, общедоступен благодаря коммерческому интересу книгоиздателей. Срок авторских прав истёк и это даёт право издавать его кому угодно, не опасаясь претензий правообладателей, наследников. С одной стороны, это дарит возможность печатать Андерсена всем. С другой стороны, рынок переполнен «тяп-ляп и готово» тиражами. В основном издают то, что легче продать, то есть то, что лучше всего знакомо читателям, получается замкнутый круг, бесконечный хоровод одних и тех же книг: «Огниво», «Стойкий оловянный солдатик», «Гадкий утёнок», «Свинопас», «Дюймовочка», «Принцесса на горошине», «Снежная королева», «Русалочка». Ну, ещё «Дикие лебеди», «Новый наряд короля», «Пастушка и трубочист», «Калоши счастья», «Сундук-самолёт», «Соловей», «Дурень Ганс», «Тень», «О том, как буря перевесила вывески», «Уж что муженёк сделает, то и ладно!», и иногда «Оле-Лукойе», «Девочка со спичками» и «Девочка, которая наступила на хлеб».
Сказки Андерсена знают все. Но все ли его сказки нам знакомы?
Давайте пробежимся по названиям:
«Старый дом», «Ёлка», «Штопальная игла», «Улитка и розы», «Серебряная монетка», «Чайник», «Мотылёк», «Старый уличный фонарь», «Истинная правда», «Волшебный холм», «Прыгуны», «Соседи», «Счастливое семейство», «Бузинная матушка», «Свинья-копилка», «Последний сон старого дуба», «Скороходы», «Ветер рассказывает о Вальдемаре До и его дочерях», «Дворовый петух и флюгерный», «На птичьем дворе», «Чего только не придумают...», «Садовник и господа», «Ребячья болтовня», «Судьба репейника», «Аисты», «Воротничок», «Цветы маленькой Иды», «Дни недели», «Что сказала вся семья», «Пляши, куколка, пляши!», «Камень мудрецов» («Философский камень»), «Ангел», «Немая книга», «Альбом крёстного», «Через тысячу лет», «В детской», «Как хороша!», «Вэн и Глэн», «Пятеро из одного стручка», «Анне Лисбет», «Пейтер, Петер и Пер», «Бронзовый кабан», «Муза нового века», «Нехороший мальчик», «Бабушка», «Хольгер Датчанин», «Снеговик», «Блуждающие огоньки в городе», «Ромашка», «Райский сад», «Суп из колбасной палочки», «Тряпьё», «Бог никогда не умрёт», «Самое невероятное», «Два брата», «Прадедушка», «День переезда», «Колокольный омут», «Роза с могилы Гомера», «Большой морской змей», «Лён», «Маленький Тук», «Двенадцать пассажиров», «Колокол», «Дева льдов», «История года», «Ветряная мельница», «Последний сон старого дуба», «Иб и Христиночка», «На дюнах», «Бутылочное горлышко», «Дорожный товарищ», «Епископ», «Побратимы», «Перо и чернильница», «Директор кукольного театра», «Подснежник», «Кое-что», «Ключ от ворот», «Колокольный сторож Оле», «Блоха и профессор», «Предки птичницу Греты», «Есть же разница!», «Прекраснейшая роза мира», «Дриада», «Сон», «Под ивой», «Всему своё место!», «Сидень», «Комета», «В день кончины», «Весёлый нрав», «Две девицы», «Домовой и хозяйка», «Старая могильная плита», «Злой князь», «Отпрыск райского растения», «Психея», «Дочь болотного царя», «Птица феникс», «Сын привратника», «Соседи», «Тётушка Зубная Боль», «Большой Клаус и Маленький Клаус», «Парочка», «Старый церковный колокол», «Красные башмаки», «Пропащая», «О чём рассказывала старуха Иоханна», «Ночной колпак старого холостяка», «Капля воды», «Домовой мелочного торговца», «Свечи», «Обрывок жемчужной нити», «Золотой мальчик», «Лебединое гнездо», «Тётушка», «И в щепотке порой скрывается счастье», «Сердечное горе», «Талисман», «Зелёные крошки», «Птица народной песни», «На краю моря», «Дорожный товарищ», «Рассказы солнечного луча», «История одной матери», «С крепостного вала», «Жених и невеста», «Последняя жемчужина», «Тернистый путь славы», «Кто же счастливейшая?», «Эльф розового куста», «Гречиха», и другие.
Мне кажется неправильным забывать, что после революции в нашей стране отбор литературы для печати был весьма избирательным и нам показывали то, что идеологически нужно было показать – «Новое платье короля», «Девочка со спичками». И не всё однозначно с переводами, из той же «Русалочки» убрали мотив получения христианской души, и в русской версии получается, что она приносит жертву чтобы выйти замуж. Многие сказки с их моралью были просто невозможны в советское время, такие как «Анне Лисбет» с её «настал для Анне Лисбет серьёзный, страшный час пробуждения совести». Какое пробуждение совести матери, отдавшей ребёнка чужим людям, в СССР, с его детсадами на пятидневке и школами-интернатами? Какие выводы родители и дети могли сделать из этой сказки? Это просто нельзя было печатать. По крайней мере, без изменений.
«Да она-то могла обойтись без мыслей, но мысли-то не хотели от неё отстать. Мысли никогда не отстают от нас, хотя и выдаются минуты, когда они спокойно дремлют в нашей душе, дремлют как те, что уже сделали своё дело и успокоились, как и те, что ещё не просыпались в нас. Но настаёт час, и они просыпаются, начинают бродить в нашей голове, заполоняют нас».
Ханс Кристиан Андерсен, «Анне Лисбет»
Мы уже привыкли к другим сказкам и нам тексты Андерсена могут показаться морализаторством и сплошными назиданиями, каждая ромашка у него «с золотым сердечком», и непременно «училась познавать благость божью». Давайте всё-таки помнить когда написаны эти сказки – «Анна-Лизбета» была опубликована в том же году, что и «Происхождение видов» Дарвина. Развлекательная детская литература как жанр ещё не появилась, и благость (либо её антиподы) были неотъемлемой составляющей книг для детей.
« – То-то хорошо жить на свете! – сказала Маня, и крёстный подтвердил, что жизнь – чудеснейшая из сказок.
В соседней комнате расхаживали двое братишек Мани, славные мальчики, один девяти, другой одиннадцати лет. Они тоже были довольны жизнью, находили, что жить на свете чудесно, но жить на их лад, быть не такими малютками, как Маня, а заправскими школьниками, получать хорошие отметки, всласть драться с товарищами, кататься на коньках зимою и на велосипеде летом, читать рыцарские романы с описаниями замков, рыцарей, темниц, да слушать об открытиях во внутренней Африке. Одного из мальчиков, впрочем, сокрушала забота, что к тому времени, как он успеет вырасти, всё уже будет открыто; но в таком случае он решил просто-напросто пуститься по свету искать самых что ни на есть сказочных приключений. Недаром же крёстный говорил, что жизнь – чудеснейшая из сказок!»
Ханс Кристиан Андерсен, «Что сказала вся семья»
Сейчас у нас есть выбор, мы можем читать любые тексты Андерсена. Но читаем ли? Нет. Произошёл искусственный отбор – несколько поколений выросли на ограниченном ассортименте, и это вошло в норму. Помните опыт с блохами в банке, которым не давали прыгать высоко, а потом, когда стеклянный потолок убрали, прыгать не пытались уже не только блохи, но и их потомки? Мы все такие блохи, когда речь идёт об Андерсене. Не обижайтесь, никого не хочу оскорбить таким сравнением. Но мы не прыгаем, мы даже не пытаемся. И издатели печатают ходовой товар.
И большинству из нас неизвестно: почему аисты зовутся Петерами; что сказала вся семья; как связаны поэзия и зубная боль; кто такой нехороший мальчик; чему молилась тётушка; почему мать Ротшильдов жила в маленьком зелёном доме; кто такой дорожный товарищ; почему книга немая; что за песенка «Пляши, куколка, пляши!»; за что и кому мстил розовый эльф; почему синоним гречихи – гордыня; и так далее, список огромен. И нам не знаком. Нам в детстве, как правило, не читали эти сказки; в семье и на занятиях не использовали фразеологизмы из андерсеновских текстов, давным-давно разъехавшиеся по миру, и их цитирование нам ни о чём не говорит. Мы вообще с другой планеты.
Положа руку на сердце, часто вы встречаете людей, читавших «взрослую» прозу Андерсена? Я вот филолог, а долго не знала про романы «Импровизатор» и «Всего лишь скрипач». И уже взрослая прочитала сборник «Картинки-невидимки» (оригинальное название «Книжка с картинками без картин», 33 короткие истории). И про путешествия Андерсена по Швейцарии, Италии, Германии, Австрии, Чехии, Франции тоже как-то не задумывалась. Кстати, «Теневые картины» и путеводитель Андерсена «По Швеции» весьма занимательное чтение!
Название «Петька-счастливец» меня коробит, но перевод был сделан в конце 19 века, по тем временам фамильярный Петька подходил. Я не специалист, возможно, там есть игра слов (Peer – имя, как в Пер Гюнте, и peer – «сверстник»). Счастье композитора. Счастье по-андерсеновски...
А зачем вообще читать всего Андерсена? Нам хватает и десятка его популярных книг. Да. Нам хватает. Но вот в чём дело – на сказках Андерсена выросли европейские писатели и поэты, которые в свою очередь написали произведения, вдохновившие на творчество следующие поколения художников, литераторов, кинематографистов – это эстафета, понимаете? А мы видим только тех, кто «бежит» её сейчас и не понимаем связи с истоком. Что их объединяет, что заложено по умолчанию в неизвестный нам культурный код – мы не знаем причины, наблюдаем лишь последствия. Масштаб влияния Андерсена на мировую культуру мы не в состоянии оценить.
Я говорю сейчас не про некие мало кому доступные изыскания литературоведов. Я про ширпотреб, про эстетику и смысловые отголоски его текстов в фильмах современных сценаристов/режиссёров (в том числе американских, с эмигрантскими корнями или средой формирования). Смотрим кино и не понимаем. Читаем книги и не понимаем. Не понимаем, что это искусство, выросшее на Андерсене. Потому что мы выросли не на всех его сказках. У нас тоже андерсеновская эстафета, но своя, обрубленная, ограниченная, наш железный занавес в мозгах. Для нас Андерсен – потерянный ключ к лучшему пониманию западной культуры. Я не говорю «западно-европейской» культуры, потому что в текстах Андерсена есть и тема эмиграции в Америку. Но это во-вторых.
А во-первых – через тексты Андерсена мы можем отчасти открыть самих себя, утраченное прошлое России. После революции мы утратили базовый культурный пласт, книги уничтожались, мы не знаем даже имён многих авторов и не можем наши книги прочитать. И представление о той жизни имеем приблизительное. А Андерсен нам ближе, чем другие. Почему? Да потому что исторические факты – императрица наша выросла в какой стране? Мария Фёдоровна – Мария София Фредерика Дагмар, дочь датского короля, родилась в Копенгагене. Да, она приняла православие и построила в Копенгагене русский православный храм, но прожила почти всю жизнь в России и речь идёт о взаимопроникновении культур. Наш Иван Иваныч (Витус) Беринг был далеко не единственным русским датчанином. Мы разные, порою противоположны – Дания и Россия, – но мы так страшно много потеряли российского наследия, что надо хотя бы с чего-то начинать. Попробуем хотя бы понять контекст эпохи.
Сейчас у нас давно уже есть возможность любые книги Андерсена читать самим себе, читать детям и внукам, читать ученикам. Давайте его творчество изучим? А там, глядишь, и издатели подтянутся. И художники нарисуют. Откроем Андерсена заново? Velkommen!
«Род человеческий! Понятно ли тебе блаженство такой минуты - высокого просветления духа, сознания им своей миссии, минуты, когда все истязания, претерпенные на тернистом пути славы, становятся целебным бальзамом, дающим здоровье, силу и ясность, когда дисгармония становится гармонией, и люди видят откровение Божье, данное одному, а через него ставшее достоянием всех?
Тернистый путь славы опоясывает землю сияющею лентой; блаженны избранные, идущие по нему, без заслуг поставленные на этот мост, созданный Великим Зодчим, чтобы соединить землю с небом.
На мощных крылах несётся дух истории через тьму времён и показывает нам – чтобы ободрить, утешить нас, пробудить в нас кротость – сияющие на чёрном фоне тернистого пути славы яркие картины. Путь этот не завершается, как в сказке, блеском и радостью здесь же, на земле, но ведёт туда, в жизнь вечную и бесконечную.
Ханс Кристиан Андерсен, «Тернистый путь славы»
А что касается его биографий... Да, две версии рождения Ханса Кристиана парадоксальны, и это уж вам самим решать, кто он для вас – сын прачки или член королевской семьи. И всегда были и будут люди, которым главное: «Да он же чокнутый! Ты в курсе, что он считал подаренные ему конфеты отравленными и отдавал детям сестры, а когда они попробовали, убедился, что конфеты съедобны, забрал обратно?» Нет, я не в курсе. Для меня он автор. Мне интересны его книги. И книги о нём.
Вот эта – моя любимая биографическая об Андерсене. На мой взгляд, лучшая. «Дом на хвосте паровоза» Николая Горбунова, 430 страниц увлекательного погружения в жизнь Андерсена. В книге не только карты, фотографии и рассказы по архитектуре и истории, но и QR-коды, ведущие в галереи с иллюстрациями и комментариями. Рассказывает о Хансе Кристиане так же подробно и легко, как сам Андерсен рассказал историю Дании в сказке-хрестоматии «Альбом крёстного». Отличная идея совершить путешествие по андерсеновским местам и текстам.
«А хорошими идеями надо пользоваться!»
Ханс Кристиан Андерсен, «Альбом крёстного»
- Ах, да! Забыла. Мои любимые сказки – «Муза нового века», «Дева льдов», «Блуждающие огоньки в городе», «Самое невероятное», «Дикие лебеди», «Кое-что», «Тётушка Зубная Боль».
- А в «Картинках-невидимках» – вечер 7, вечер 13 («история эта стара, но вечно останется новой»), драматический вечер 16, и 24-й вечер с прялкой. Иногда, под настроение, вечер 12.
А ваши?
Даже если совсем не любите Андерсена, просто ради интереса прочитайте «Через тысячу лет» и «Двенадцать пассажиров», и скажите – разве это не про нас сейчас?
Спасибо, что дочитали! Материал объёмный, поэтому про мои любимые издания книг Андерсена и иллюстрации я сделаю отдельную статью.