Вода давит на грудь, выжимая последний кислород.
Я делаю несколько сильных гребков вверх и, вынырнув, хватаю ртом воздух. До берега не больше 50 метров, и они даются мне нелегко. Я пытаюсь скорее оказаться на белом коралловом песке, а потом долго сижу под качающимися пальмами, не решаясь снова зайти в воду.
На стене небольшой будки справа от меня намалевано «Добро пожаловать в «Миллион-доллар-поинт». Обычно в будке сидит сборщик денег с приезжающих на пляж туристов, но сейчас на всем Эспириту-Санто их не больше сотни и «Миллион-доллар-поинт» стоит пустой.
Вчера вечером, когда Мари принесла маску, я спросил у нее, как назывался этот пляж до Второй мировой, но она не знала. Свое название «Миллион-доллар-поинт» получил в 1945-м. За три года до этого, в 1942-м, на Вануату высадились американские солдаты, которые превратили
Эспириту-Санто в военно-морскую базу. Война с японцами за Тихий океан только начиналась, но японцы уже захватили Соломоновы острова и часть современной
Папуа - Новой Гвинеи. Острова Новые Гебриды - современное Вануату - были их следующей целью,
К моменту прихода союзников на Эспириту-Санто находилось примерно 15 тысяч человек местных жителей,
которые в основном занимались рыбной ловлей и сельским хозяйством. Но за время войны на острове побывало около полумиллиона американских солдат, а вместе с ними 9 миллионов тонн военной техники и предметов первой необходимости, среди которых и 2 миллиона стеклянных бутылок кока-колы.
Война не дошла до Вануату. Армия США отправляла сюда огромные корабли с военными, которых затем отправляли на Гуадалканал или в Новую Британию, в джунглях которых и шли бои за Тихий океан. Там, в джунглях, многие погибали. Кого-то убивали японцы, кто-то умирал от малярии. Кто-то возвращался на Вануату и оттуда уплывал домой. Все пили кока-колу.
Уже вернувшись в Москву, я посмотрел старый голливудский киномюзикл «Юг Тихого океана». Это очень плохое кино, но оно снято по книге «Сказания юга Тихого океана» Джеймса Миченера, который знал, о чем писал, ведь прошел всю войну. На Эспириту-Санто вместе с другими морпехами Миченер ожидал отправки на захваченные японцами острова. И в книге, и в фильме мы читаем и видим примерно одно и то же: солдаты живут как на курорте - купаясь, загорая и заводя отношения с местными девушками. А потом их отправляют в бой, и все, что остается от них на Эспириту-Санто, - десятки бутылок кока-колы, выпитых в ожидании погрузки.
В 1945-м, когда война закончилась, у американцев не было никаких причин задерживаться на Вануату. Чтобы вывезти все то, что сюда навезли за несколько лет войны, потребовалось бы много времени и денег. Покупателей на месте не нашлось. Поэтому 9 миллионов тонн военной техники и 2 миллиона бутылок из-под колы решили затопить в лагуне, в пяти километрах от Луганвилля. Осенью 1945 года в рамках операции «Свертывание» американцы за два дня со специально построенных понтонов отправили под воду все ненужное имущество, включая джипы и бульдозеры, предварительно выведя технику из строя так, чтобы ее никогда уже нельзя было восстановить. Тогда же родилось название пляжа - «Миллион-доллар-поинт», пляж ценой в миллион, Бутылки из-под колы все рассматривали просто как мусор. Какие-то выкидывали по одной, какие-то сбрасывали целыми ящиками.
Я долго брожу по пустому берегу, собирая самые интересные осколки - с буквами и цифрами. Потом вновь захожу в воду. Плаваю среди ржавой техники, как среди застывших морских зверей. Несколько раз, когда что-то блестит, ныряю ко дну, но каждый раз это оказывается что угодно, только не целая бутылка, Потом я замечаю лодку. Она встает в 150 метрах от берега, и двое сидящих в лодке французов с аквалангами начинают готовиться к погружению. Я выхожу на берег и иду по обкатанному океаном зеленоватому стеклу. Я уже проходил здесь пять или шесть раз, но сейчас вдруг замечаю бутылку, присыпанную песком. У нее отбита часть горла, но на зеленоватом стекле выдавлены цифры «4 - 1942». Месяц и год. Края горла острые, как кинжалы. Я держу ее в руке и размышляю о том, что у меня совершенно точно будут проблемы с тем, чтобы взять ее с собой в самолет. Но сейчас я не хочу об этом думать. Я вытряхиваю из бутылки песок и иду назад - туда, где под будкой с надписью «Миллион -доллар-поинт» лежат мои кроссовки.